жара и жажда и каждый день они приходят и
я не хочу об этом думать не хочу но они все равно приходят мои рисунки
только их я и помню и временами думаю не было никогда мира я просто нарисовал его здесь больше ничего и нет
а потом они ломают палец и я уже не могу держать карандаш приходится другой рукой и —
боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль Гномон боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль боль —
Да, вот точно так же, только боль.
Боюсь, она будет последовательно деградировать, если мы не разделим мозг, чтобы потом восстановить. (Но когда я снова смотрю день за днем день за днем там всегда он золотой и неизменный в ящике.)
Боюсь
она будет последовательно деградировать
если мы не разделим мозг
чтобы потом восстановить. (Но когда я снова смотрю день за днем день за днем там всегда он золотой и неизменный в ящике.)
Представьте себе, что это очень тяжелый несчастный случай, авария, которая произошла в н у т р и ч е р е п а Загрейскотинатыскотинаятебя
Представьте себе
что это очень тяжелый несчастный случай
авария
которая произошла в н у т р и ч е р е п а Загрейскотинатыскотинаятебя
Гномон. Здесь и сейчас, и всегда я один в одно и то же время.
Стелла умерла от рака, нелепо.
Стелла умерла от рака
нелепо.