Айду, это ведь была их с Ларсом самая долгая разлука с тех самых пор, как они встретились в первый раз, и Лексий и не осознавал, как… скучал. И не только по одному Халогаланду…

О волшебнике-партизане скоро судачила едва не вся тысяча, и в один прекрасный вечер, когда Лексий с Радом одни сидели у костра, Рад задумчиво произнёс в пустоту:

– Догнать бы их.

Лексий даже оглянулся, чтобы убедиться, что он обращается именно к нему. Если честно, в последнее время они редко разговаривали как друзья. Рад был слишком занят – немудрено, когда у тебя две тысячи людей и лошадей, и нужно следить, все ли здоровы, не отстал ли кто-нибудь и не расковался ли… Помочь Лексий не мог, поэтому предпочитал хотя бы не мешать. Но раз уж Рад заговорил первым…

– Кого? – уточнил он.

– Да этих, которые воду мутят. Сильван твоих.

«Твоих». Лексия почему-то покоробило от этого словечка. Таких же моих, как и твоих, милый мой оттийский воин! И незачем лишний раз напоминать, какая между нами трещина, если только не про́пасть…

– Чего ради? – хмыкнул он. – Только зря лошадей утомишь. Всех всё равно не переловишь, а если кого и поймаешь, думаешь, другие не объявятся?..

– Всех и не надо, – спокойно возразил Рад. – Если один из них правда волшебник, то его будет достаточно.

Лексий уставился на Рада поверх костра. Хотелось в лоб спросить: «Чёрт побери, а Ларс-то тебе на что сдался?». Даже если это на самом деле никакой и не Ларс вовсе…

– Я помню, что ты рассказывал мне о вашем обучении и присяге, – пояснил Рад. – Если сильванские волшебники все без вариантов служат государству, то эти ребята портят нам кровь не сами по себе, а по распоряжению свыше. Схватим этого – новых начальство сюда не пошлёт. Сообразит, что выходит себе дороже и магию лучше приберечь для настоящих боёв… А с обычными партизанами как-нибудь разберёмся.

Лексий заставил себя проглотить горечь. А чего ты хотел, отправляясь на войну, приятель?

– Логично, – кивнул он. – Кому поручишь ловить?

Рад задумчиво посмотрел в огонь, сощурил глаза.

– Да сам займусь, – отозвался он. – Возьму людей, кто порасторопнее…

– Тогда я с вами, – быстро сказал Лексий. – И не спорь.

Друг вскинул брови.

– Это ещё зачем?

– Если он и правда волшебник, то ты точно станешь для него первой целью. Потому что ты командир, такое в людях очень хорошо слышно. А кольчуга от магии не особо помогает.

Лексий попытался убедить самого себя, что говорит правду. Что беспокоится за Рада, а не за… кого-то другого. Что внезапное решение о том, что обязательно должен быть там, продиктовано разумом или, на худой конец, интуицией мага, а не дурацким нерациональным желанием увидеть, правда ли-…