И где-то далеко на Колыме взорвалась секретная тюрьма Охранки. И Маша Головина умерла под обломками, и её отец, бывший с ней в одной камере, тоже умер.
А в Петербурге тем временем радикальные масоны перепугались, почуяв, что их бати больше нет с ними, и они уже отдавали приказы — и автоматчики расстреляли Ладу Буланову и Таю Кабаневич.
И не стало моих жен.
Я видел...
И я плакал.
Подпространство растаяло, я теперь лежал на Мальтийском каменистом берегу, совершенно голый, как новорожденный, и совершенно обессиленный.
И Солнце слепило мне глаза. Обычное Солнце, магия Либератора больше не подавляла его. Но и соляриса это Солнце больше не источало...
Я принес свои жертвы.
Свершилось.
***
День выдался солнечным и теплым, было градусов двадцать.