Бывали моменты, когда Варин в тайне завидовал эйуна, у которых было отлично развито полевое ле́карство, позволявшее обходиться без волшебства. Знания деревенских знахарок и повитух, хорошо разбиравшихся в целебных травах, ни в какое сравнение не шли с этой практикой. Вот только действо это было пренеприятнейшее. Кому понравится смотреть, как живое существо шьют нитями, пришивают конечности, режут, чистят тонкими ножами работы влари ожоги? А уж оказаться в руках у таких лекарей… Нет! Уж лучше они потерпят несносные характеры волшебников.

Кто с воодушевлением шёл в солдаты — так это Длани Фирры. Дар, данный им богиней огня и войны, наполнял рвением их дух. Казалось бы, что может быть лучше, чем полк метателей пламени? Однако и тут было не без трудностей. Эти люди признавали только честный бой и обожали способ эйуна для решения споров: через дуэли и показательные поединки. Казнить безоружного? Обидеть парламентёра? Использовать бесчеловечный метод боя или оружие немедленного поражения большого числа живых существ? Да они готовы были поджарить своих за саму только идею! И опять же — не поспоришь: кодекс Фирры. Богини честной войны.

Слуги Маяры тоже шли за войском с охотой, но присутствие тех, чья работа — провожать покойников в последний путь, не добавляла радости тем, кто их видел. Неустойчивость адептов Лайоли, вечная переменчивость подверженных голосу своей богини более остальных Дланей и Голосов Рити и зубодробительно скучное наставничество слуг Илаэры… Как всё это было вписать в ряды армии с её иерархической структурой, строгой дисциплиной и беспрекословным подчинением приказу? Ведь бывали же и инциденты. Страшные. Поставленные перед выбором: голос дара или голос начальника, одарённые всегда выбирали первое и с гордо поднятой головой шли под трибуналы и казни, уверенные в своём слове. И хорошо, если казнь одарённого не оборачивалась божественным гневом в виде порушенных близлежащих построек и человеческих жертв.

Сколько законов, наказов, разъяснительных грамот, приказов и тайных распоряжений пришлось оформить! Сколько подготовить командиров, знатоков и комиссий! Сколько отправить в тюрьму и на плаху за попытки навредить одарённым! И всё ради того, чтобы те могли с честью служить своему народу, не вступая в противоречие с собственными силами. Варин просыпался в холодном поту от одного воспоминания.

После армии те одарённые, что смогли сдать сложный многоступенчатый экзамен или обладали уникальными и редкими возможностями, поступали на учёбу в Собор Карража. Там царили братский дух и взаимопомощь. Между собой выпускники и наставники Собора никогда не допускали официального обращения, позволяя себе лишь уважительное отношение к старшим или тем из них, кто занимал какие-то общественные должности. Исключение делалось только для приёмов на высоком уровне, и то они постоянно срывались на панибратство. Увлекающиеся, радующиеся словно дети новым открытиям, не способные думать холодно и расчётливо, когда дело касалось волшебства. Блаженные. И как с такими работать?