– Наоборот.

– Я чувствую, как нарастает обратная связь. Аномалия полна жизни и просто горит желанием пробудиться. Надеюсь, удача и дальше будет на вашей стороне.

Киборг опустил пульсирующий предмет на землю.

– Отойдите на безопасное расстояние, – сказал он. В ответ на мой вопросительный взгляд пояснил: – Хотя бы метров на двадцать.

– Да без проблем. Хозяин – барин.

Мы послушно отошли в сторону, наблюдая за пробуждающейся аномалией. Прежде мне не доводилось видеть подобное явление, поэтому я с жадностью всматривался в лежащий на земле предмет. Разве что только дырку в нём не пробуравил. Внешне он не менялся и вообще, если не считать исходящих от него лучей света, выглядел замшелым булыжником, словно выкорчеванным откуда-то из древней мостовой.

Сначала ничего не происходило, но потом я ощутил лёгкое шевеление воздуха – словно подул ветерок. Одновременно с этим местность, где мы находились, завибрировала, как будто вдалеке началось землетрясение. И ветер, и тряска с каждой секундой усиливались. Толчки были всё чувствительней, казалось, что почва начинает ходить ходуном, а ветер обдувал нас как модель автомобиля в аэродинамической трубе.

Лиза ойкнула и взяла меня за руку.

– Не бойся! – сказал я, в душе надеясь, что процесс под контролем и киборг не устроит нам тут маленький Чернобыль.

– С тобой мне ничего не страшно! – откликнулась она и схватилась за меня ещё сильнее.

Показалось мне или нет, но в эпицентре землетрясения – в том месте, где Алекс оставил свой загадочный предмет, – возникло что-то вроде воронки, устремлённой куда-то вглубь земли.

– Пора! – выкрикнул киборг.

– Что делать? – обернулся я к Лизе.

– Идём туда, – сказала она и потащила меня к воронке.

С каждым шагом идти становилось всё труднее, ветер постепенно превратился в ураган, дыхание перехватывало, но мы упорно продвигались вперёд.

Я бросил взгляд в черноту воронки – она уходила в бесконечность, и это пугало сильнее всего. Нет ничего хуже непонятных вещей, а бесконечность просто не укладывается в человеческие представления, в которых всё и всегда имеет начало и конец. И всё-таки мы нашли в себе силу и решительность, чтобы оказаться на краю пропасти и шагнуть вниз.

Не могу сказать, сколько длилось наше падение – и время, и пространство исчезли, потеряли всякий смысл. Внезапно тьма рассеялась, и я понял, что подошвы ботинок вновь стоят на твёрдой земле. Это было так неожиданно, что я ущипнул себя, чтобы убедиться, что не сплю и не вижу десятый сон.

– Что, уже всё? – разочарованно произнесла Лиза. Она оглядывалась, пытаясь понять, куда нас вынесло.