— Был, — Алгонквин мрачно посмотрела на Марси. — И будет снова. Мы всегда поднимаемся снова, но задержка так некстати, — ее лицо стало копией Марси. — Зачем ты это сделала? Так хочешь быть первой?

— Я не собиралась разрушать твоего Смертного духа, — сказала Марси. — Я просто пыталась выбраться из клетки. Но теперь это сделано. Я рада этому. Чем больше я узнаю о Смертных Духах, тем больше понимаю, что они — мы. Они принадлежат людям — наша магия для нашего блага — а не тебе.

— То, что хорошо мне, хорошо тебе, дура, — прошипела Алгонквин, вскакивая на ноги. — Ты меня не слушала? Я не дракон, чтобы тратить десятки лет и магию на что-то только для себя. То, что я делаю тут, жизненно важно для всех нас. Если я не получу контроль над Смертным Духом вскоре, другие начнут подниматься, и будет слишком поздно. Думаешь, твой бог смерти — монстр? Ты даже не знаешь, что означает это слово.

— Уверена, я смотрю на такое, — Марси глядела на Хозяйку Озер. — Но я уже сказала, Алгонквин. Не только ты на этой планете влияешь на будущее. Я не сомневаюсь, что ты знаешь больше нас о магии. Но это не значит, что ты принимаешь за нас решения. Если тебе нужна помощь с тем, что будет, тебе придется относиться к нам, как к равным.

— Ты мне не ровня, — прошипела Алгонквин, дрожа от гнева так, что не могла сохранить лицо. — Ты съешь эти слова, смертная.

— Сначала ты поешь земли, — заявила Марси. — Смирись, озерная вода, мы тебе нужны. Думаю, мы с Призраком доказали, что нас нее заставить, так что думай, как поступить. Или ты придумаешь справедливую сделку, или мы уходим.

Когда она закончила, Алгонквин была похожа не на воду, имитирующую людей, а на кипящий котел чистого гнева. Джулиусу было не по себе, и он склонился и шепнул Марси на ухо:

— Уверена насчет этого?

— Да, — шепнула она, не сводя взгляда с Алгонквин. — Я не врала, сказав, что не планировала такое, но сработало отлично. Алгонквин отчаянно нужен Смертный Дух, а теперь Призрак уничтожил ее духа, и у нее остались только мы. Она не может убить нас, если хочет остаться в графике, — она улыбнулась. — Думаю, я нашла наш билет из…

Джулиус не услышал остальное. В тот миг что-то влажное и ужасно тяжелое ударило его по спине. Он рухнул, как подстреленный, на грязную траву с такой силой, что дыхание вылетело из тела. Он поднимался на ноги на инстинкте, когда то, что сбило его — черный завиток, который его мозг запоздало определил как щупальце Левиафана — обвило его живот и подняло в воздух, а потом бросило к Алгонквин раньше, чем Марси успела закричать.