«Пришло время и мне внести свой вклад в активную стадию миссии».

Так что она отключила железу, дав волю своему разуму.

Ох, Мария, и как же это оказалось здо–о–о-рово!

Никаких ограничений — впервые за десятки лет. Если что ее сейчас и беспокоило, так это излишняя самоуверенность. Или, может, то была паранойя, вознесшаяся до уровня любого другого необузданного психоза. Да какая разница.

Шагнув в коридор, она сразу начала перебирать варианты. У нее не было даже минимума того вооружения, с которым она обычно в былые дни отправлялась на операцию. Всего четыре периферии: умный гранатомет в предплечье — хорош, но ограничен в размере, в магазине всего три гранаты средней мощности; кинетический ствол с разрывными пулями в предплечье; блокиратор нервов в предплечье и катушка мономолекулярной нити в запястье. Даже когда железа поддерживала в ней спокойствие и рассудительность, она всегда испытывала глубокое недоверие к этой синтетике — невидимой ниточке, способной без всяких усилий разрезать человеческое тело. Кошмар любого тайного агента — особенно если у тебя нет нужных датчиков, чтобы предупредить о том, что ждет впереди. Ее суперпродвинутые линзы были способны разглядеть эту проклятую Марией дрянь, если какой волосок выбьется, но сейчас–то она в чертовом шлеме, так что от линз никакого проку. С кинетикой всё в порядке, а вот магнум с волоконными пулями жутко громоздкий. Сработает ли блокиратор нервов — неизвестно. Джессика утверждала, что он должен действовать на оликсов, но на деле пока никто не проверял. Гранаты можно считать как плюсом, так и минусом; слишком уж сильный энергетический сигнал они испускали — для того, у кого имелись соответствующие сенсоры.

Она приказала гранатомету выбросить все три гранаты, поморщившись от шипения выходящего воздуха, когда разрез в скафандре раздвинулся, выпуская их. Обнаженную кожу точно оса ужалила. Гранаты она разместила среди стволов–труб. В крайнем случае их можно будет взорвать и дистанционно, обрушив на Странную Квинту потолок. Потому что та придет за ней. Кандара это знала. Пускай они и принадлежат к разным расам, к разным видам, но узнать себя в зеркале, даже самом кривом, не так уж и сложно. Она свирепо ухмыльнулась. Где–то на другом конце коридора Странная Квинта готовится сейчас к их последней встрече.

И она, Кандара, здесь, на чужом корабле–ковчеге, в анклаве с перекошенным временем, куда прибыла по червоточине, преодолев пятьдесят тысяч световых лет, за десять тысяч лет от своего покинутого дома — собирается сразиться с затаившим злобу инопланетным религиозным экстремистом. Прикольно.