триллерыГрязная Земля. Книга 2стр 202
Светлый фон
Он вообще намного более открыто и свободно общался с сыном, чем с большинством коллег и знакомых. В СССР было много хороших, душевных людей. Но было немало и таких, кто мог настучать в органы о том, что человек невосторженно отзывается о генсеке. Или читает зарубежные журналы и газеты без словаря… В годы позднего СССР охота на ведьм уже сильно ослабла — но диссиденты с трудом расставались со старыми привычками. «Не говори, что думаешь, а думай, что говоришь!».

Как показал жизненный опыт, эта привычка оказалась полезной и в годы ранней российской демократии. Просто раньше за неосторожное слово могли посадить чекисты — а теперь могли грохнуть бандюки…

Как показал жизненный опыт, эта привычка оказалась полезной и в годы ранней российской демократии. Просто раньше за неосторожное слово могли посадить чекисты — а теперь могли грохнуть бандюки…

— Ну ладно, — с удовольствием начал делиться мыслями отец. — Вот смотри. Я как тогда сказал? Помнишь?

— Ну ладно, — с удовольствием начал делиться мыслями отец. — Вот смотри. Я как тогда сказал? Помнишь?

— Если тебе врут, то надо понять что они имеют в виду, — начал вспоминать Алёша.

— Если тебе врут, то надо понять что они имеют в виду, — начал вспоминать Алёша.

— Не совсем, — улыбнулся папа. — Слушай ещё раз. Когда тебе что-то говорят — то правдой является не то, что они говорят, а причина, почему они это говорят.

— Не совсем, — улыбнулся папа. — Слушай ещё раз. Когда тебе что-то говорят — то правдой является не то, что они говорят, а причина, почему они это говорят.

— То есть, все всегда говорят неправду? — сообразил Алёша. — Всё врут?!

— То есть, все всегда говорят неправду? — сообразил Алёша. — Всё врут?!

— Нет, не обязательно, — успокоил его отец. — Но зачастую понять, говорят правду или нет — невозможно. Нету у нас телепатии, понимаешь ли. А вот подумать, зачем тебе рассказывают то или иное — вполне можно.

— Нет, не обязательно, — успокоил его отец. — Но зачастую понять, говорят правду или нет — невозможно. Нету у нас телепатии, понимаешь ли. А вот подумать, зачем тебе рассказывают то или иное — вполне можно.

— Как-то сложно, — пожаловался Алёша.

— Как-то сложно, — пожаловался Алёша.

— Ну давай на примерах. Вот, я тебе всё это рассказываю. Я правду говорю или нет?

— Ну давай на примерах. Вот, я тебе всё это рассказываю. Я правду говорю или нет?

Этот вопрос поставил Алёшу в тупик. Он ещё не вырос до возраста, когда все слова родителей оцениваются критически. Он пока воспринимал слова отца как источник знаний о мире. Хотя и научился уже некоторым приёмам ведения дискуссии, а также критического анализа. Но он пока скорее задавал уточняющие вопросы, чем стремился опровергнуть мнение отца.