— Значит, агенты за щенком охотились, и Пахан знал, где он, и теперь щенок пропал? — подытожил Рафик.

— Да, — потерянно подтвердила Алиса. — И я его перестала ощущать, как раньше. Он как будто… Очень далеко. Или спит…

— Да… Дела… — Рафик почесал в затылке. — Мне надо с бабушкой-джан посоветоваться. Она мудрая, может дать совет.

— Спасибо, Рафик! За то, что ты пришёл и вообще был рядом.

Алиса остановилась, а потом вдруг, неожиданно даже для себя самой обняла Рафика. И сразу отпустила. Тот смущённо хмыкнул:

— Да ладно тебе, мы же друзья, — и не удержался. — Ты бы лучше Петьку обняла. Он тебе больше… Помогает.

Алиса вздохнула и махнула рукой.

— Пусть с Лизой обнимаются.

Рафик снова хмыкнул, но не стал комментировать.

А Алиса неловко скривилась, сообразив, что Лизу похитили и шутки неуместны. Блин, как она там? Что с ней? Изольда обещала помочь милиции, но чем всё в итоге закончилось?… И ведь даже Рафика не спросишь — он был рядом с Алисой всё это время…

Над городом собирались сумерки. Вечерний закат был необычайно красив. Отпустив Алису в её подъезд, Рафик обошёл тенты военных медиков, окружившие дерево у подъезда и остановился, глядя на медленно темнеющее небо.

Розоватые облака с оранжево-золотой каймой широкими мазками заполнили синий небосклон. Солнце уже ушло за горизонт. Скоро станет темно.

В такие моменты Рафику начинало вериться в лучшее. Тяжёлые будни отступали и он ощущал красоту и гармонию этого мира. Нечто, что люди всё ещё не смогли осквернить и отнять друг у друга.

Пока ещё не смогли.

Рафик сел на велосипед и поехал домой.

Он поднялся в лифте, открыл общую дверь — и решил сразу зайти к Миртруме.

Но дверь была закрыта, а на стук никто не ответил. А потом — и на дверной звонок. Ну а открывать дверь своим ключом Рафик постеснялся и побоялся. Лучше завтра с утра зайдёт.

Алиса и дом, милый дом

Алиса и дом, милый дом

Алиса поднялась на лифте в свою родную квартиру. Мать выбежала в прихожую. Глаза у ней были взволнованные и нервные: