— Который именно? — и он довольно улыбнулся.

«Щенок! И Лёшик! У них и щенок, и Лёшик!» — сообразила Алиса. Но что, если она не права? Щенка надо спасать, но и Лёшика же тоже надо спасать! Если она сейчас потребует отпустить щенка, то лишь заставит Григория посмеяться. А то и разозлит. Он просто бросит трубку. И тогда Лёшик останется в тюрьме.

Алиса скрючилась на стуле, обхватив ладонью лоб, и закрыла глаза.

Что делать? Что говорить?

Она вдруг ощутила, что очень устала.

Надо собраться с мыслями. Нужен фокус.

— Отпустите Лёшика, — сказала она. — Вы обещали помощь с милицией.

— Ты уверена? — уточнил Григорий. — Не то чтобы он был кому-то прямо нужен… Случайно там оказался… Вполне реально отпустить. Но ты подумай хорошенько…

— А при чём тут я? — напряглась Алиса.

— Ну отпустит его милиция, — Григорий объяснял неторопливо и расслабленно, на пальцах, как глупому ребёнку. — А потом за ним бандиты придут. Они же ему отомстить захотят.

— Но он же никому ничего не расскажет! — вырвалось у Алисы. — За что мстить?

— Он же сломал их планы на прорыв, — улыбнулся Григорий. — Герой Лёшик, подрыватель устоев, танков и планов!

Алиса замолчала.

Она не знала, как поступить.

Даже логичный вариант — «тогда позвольте Лёшику самому решать!» — был бы на самом деле лишь попыткой снять с себя ответственность. Ведь испуганный парень, сидящий в тюрьме, наверняка захочет выбраться на свободу. А потом — ему всю жизнь придётся ходить и оглядываться за спину. У мафии длинные руки, и они наверняка будут считать парня одним из виновников своего провала. Да ещё и «стукачом» назовут.

Безопаснее всего будет позволить Лёшику и его семье спрятаться от бандитов в программе защиты свидетелей…

— Вы же его защитите, если он останется у вас? — глухо спросила Алиса.

— Не мы и не я. Он в милиции. Милиция защитит, — пожал плечами Григорий. — У них это процесс отлаженный. Вопрос решён?

Алиса запнулась. А потом не выдержала:

— Отпустите щенка, — глухо потребовала она. — Он же у вас, я знаю. Отпустите его!