— Григорий Александрович, я полагаю? — осведомилась она ангельским голоском.

— Он самый, — подтвердил фэбс, чуть не зевнув. — Чем обязан?

Григорий устал и хотел передохнуть, а ещё поужинать. Он ведь и обед пропустил. Но агент понимал, что абы кто тут у мэра сидеть не будет. Тем более, хорошо одетая сверстница Пахана. Может, девушка его? Хотя… Он окинул её быстрым взглядом.

… Нет, Пахану она не по зубам.

А ещё она явно была настроена пообщаться с фэбсом. Ну пусть. Вдруг что полезное…

… Кстати, она же и Алисы сверстница. Может, за ту просить будет? Григорий чуть не засмеялся. А что, неплохая попытка — упросить знакомую мажорку заступиться. Но это не поможет…

— Меня зовут Изольда Кирзоева, — представилась девочка. — Вы могли слышать про моего отца.

— Отчима, — поправил Григорий с тонкой улыбкой. — Я слышал про вашего отчима.

И удостоился очередного пронзительно-внимательного взгляда.

— Всё верно, — девочка кивнула. — Тогда вы должны серьёзно отнестись к моему предложению.

— Я вас слушаю.

Григорий присел на кресло напротив и профессионально-вежливо улыбнулся, морально готовясь вежливо и долго отказывать блондинке-ангелочку в её просьбах отпустить невинную собачку. Ещё и всплакнуть может. Привыкла у богатых папочек подарки выпрашивать капризами. А за ангельской внешностью — расчётливое манипулятивное нутро. Вон как сквозь ангельский образ пробиваются остро-ледяные взгляды.

Если бы не опыт Григория — он бы точно купился на образ этот «куклы Барби»… Но между Изольдой и Кристиной — пропасть. Кристина и вправду пластиковая кукла…

Впрочем, скучать во время долгих упрашиваний Григорий не собирался и сразу налил себе виски из графина в стакан. Он хотел подчеркнуть, что он здесь у себя «дома», в комфортной зоне, и общение у них не деловое. Пусть виски скрасит притворные сопли и слёзы капризули…

— Мой отец может очень много сделать для вашей карьеры, — ожидаемо начала Изольда. — И он очень, очень хочет, чтобы я спаслась из этого города…

Григорий слегка потерял нить беседы. Его лицо стало непонимающим. Впрочем, он сразу вернул на него вежливую полуулыбку.

— … Просто он пока ещё не понимает, какая ядовитая каша здесь заваривается…

— А ты, значит, понимаешь? — не удержался Григорий, которому стало любопытно.

И пригубил виски.

— Я была днём в том кафе, — пожала плечами Изольда и глянула ему в глаза. — Откуда похитили моих подруг. А я отбилась.