Показанных вскоре после смерти.

Она мертва. Грампа Белогривая, лейтенант полицейского спецотряда неведомого города с названием «Каменный Остров», застреленная в возрасте двадцати пяти лет при попытке освобождения заложников, захваченных банковскими грабителями. Мертва. Где-то там, в неведомых далях, остался ее родной мир – Текира, и ее родная страна – Четыре Княжества, куда ей не удастся вернуться больше никогда в жизни… или как назвать подобное существование? Да ей и не хочется возвращаться. Она совершенно их не помнит. Псевдоличность – так Клия назвала ее нынешние воспоминания. Пусть «псевдо», но другой у нее пока нет.

Клия. Давняя подруга на самом деле – одна из тех странных существ, которые разумны, как люди, но совсем не люди. Следует ли ее опасться? Ее – а заодно и уютную домашнюю Айсоку, чопорного и сухого, но всегда корректного Саомира? Глупости. Если бы они хотели, то давно могли бы сделать с ней все, что угодно. Да и чего опасаться живому мертвецу? Еще одной смерти?

…девять дней назад нахальный мальчишка-иномирянин, который оказался вовсе и не мальчишкой, разбил вдребезги мир, который она доселе считала надежным и несокрушимым. Девять дней она ступает по несуществующей земле, ест несуществующую пищу, дышит несуществующим воздухом и учит драться несуществующих детей.

Нет. Дети как раз существуют. Они – единственная реальность. Они тоже живые мертвецы, которым Демиурги, кем бы те ни были, намерены дать вторую жизнь. Здесь нет вопросов. Она не понимает, что и как происходит, но готова сделать все, чтобы дать им новый шанс. Существует окружающий ее мир или нет, но детей она продолжит учить. Учить и защищать. Последнюю неделю она плохо соображала, что делает, и Клия даже ненавязчиво порекомендовала ей взять несколько дней отпуска, чтобы прийти в себя. Но туман в голове потихоньку рассеивался, и ясность сознания уже почти полностью вернулась к ней.

Окружающего нет? Ну и что? Она все равно не может отличить морок от реальности. Она всегда отличалась практичностью и никогда не рефлексировала насчет тайн мироздания и прочих философских материй. Ими пусть занимаются высоколобые ученые. Для нее есть только здесь и сейчас. Прошлое ушло, а будущее еще не наступило. Здесь и сейчас есть мир с названием Сайлават и город с названием Цетрия. И Академия Высокого Стиля, разумеется. Вот тут и следует жить. Если в свое время она вспомнит еще и Текиру и Каменный Остров, замечательно: больше воспоминаний – интереснее жить. Не вспомнит – и не надо.

Все, хватит отсиживать задницу на сырой земле и застуживать себе все, что только можно. В лес на полдороге от Цетрии к Академии она свернула импульсивно, возвращаясь из города. Ей хотелось еще раз привести мысли в порядок и проветриться. Посчитаем, что последний приступ расссеянности улетучился, и вернемся в Академию. Завтра она дежурит, и на сей раз манкировать своими обязанностями не намерена. Достаточно того, что Клия с Саомиром уже дважды ее подменяли. Хорош нюнить, пора продолжать жить. Надо бы лечь сегодня пораньше, чтобы в полчетвертого утра подняться с более-менее свежей головой.