Вниз, один за другим спустились двое. Поджарые, мускулистые, похожие друг на друга, как две капли воды, за исключением лишь того, что один был значительно старше другого.

Короткие седые волосы, торчащие ежиком. Небольшой шрам на левой щеке. Кожаный жилет, поверх белой рубахи с широкими свободными рукавами. Полуторный меч в заплечных ножнах и пара кинжалов у пояса.

Весь внешний вид выдавал в нем опытного авантюриста и бойца. Скорее всего наемник, как и его более юный компаньон, со столь же холодным внимательным взглядом.

Клим достал и положил поверх стола свои пистоли. Дьяк тоже заметно напрягся при виде спустившейся парочки наемников.

— Митрофан, жирная твоя задница, — недовольно бросил седой хозяину, — Какого лешего? Мы три дня гонялись за стаей гулей по окрестностям…

— Между прочим, чтобы они твою же таверну не выгрызли вместе с постояльцами, — добавил молодой.

— А ты нам выспаться не даешь. Гонишь среди ночи, — закончил седой.

— Премного благодарен вам, господа наемники, — Митрофан изобразил поклон, — Не извольте гневаться. Обстоятельства-с.

— Какие еще, к чертям, обстоятельства? — голос седого выражал крайнюю степень недовольства.

— Высокородный гость пожаловал-с, — пухлый управитель таверны, от волнения стал сыпать словоерсами, вставлять на конце слов эту гнусненько звучащую "с".

— Какой еще, дери тебя волколаки, высокородный гость? — зло зыркнул седой.

— Вот-с, княжич Миролюбов, — хозяин стал многозначительно кивать в нашу сторону.

Седой перевел хмурый взгляд на нашу компашку. Хмыкнул.

— Княжич, значит?

— Точно-с, княжич, — продолжал лебезить трактирщик.

— У тебя более десятка номеров, Митрофан, — седой обвел рукой второй этаж, — И ты, жирный прохиндей, по скудоумию своему, решил именно нас выселить?

— Лучший номер в моей гостинице, тот в котором вы остановились, — понурил голову хозяин, — И в отличие от вас, господа платят золотом-с.

Молодой скрипнул зубами, что не осталось незамеченным, пытающимся всем угодить, хозяином таверны.

— Не переживайте, господа наемники. Я тотчас велю Лизе постелить вам на конюшне.

— Выбирай, Митрофан, — молодой снял с пояса нож, — Левое или правое?