– Спасибо на добром слове, Жданов.

– Я обычно критикую такие сентиментальные вещи, – сказал я. – Потому что сентиментализм – проявление безвольного индивидуализма. Однако эта история учит нас тому, что непохожие люди могут дружить, несмотря ни на что.

– Здорово, что ты нашел в ней мораль. Еще лимонад будете?

Все сказали:

– Да.

Только я беспокоился об отбое.

Вернулись мы поздно, но я этого не чувствовал, потому что лег спать рано утром, и мой режим несколько сбился.

Нет, вот еще замечательно мы шли по ночной дороге.

Боря говорил:

– На нашей лажовой заштатной планетке никаких развлечений!

– Да ладно? – сказал Володя.

– Ну, разве что клей в строительном магазине, – сказал Боря.

– А как же книги? – сказал я. – Кино? Театр? Все зависит от твоего кругозора.

Боря засмеялся, толкнул Андрюшу в бок.

– Еще дрочить можно, да, Андрюшенька? Андрюшенька, а Андрюшенька, ты когда понял, что рука нужна не только для того, чтобы пушку держать?

– Рано, – сказал Андрюша своим грустным, скучным голосом.

Я сказал:

– Отстань ты от него!

– Могу на тебя переключиться!

Так мы шли и ругались, а над нами низкое небо все было в звездах, и шуршали кроны деревьев. Мы прошлись бульваром, под прекрасными чинарами.