Заправив кровать, Деми оделась и спустилась вниз. Помыла посуду, скопившуюся в раковине, подмела пол, разобрала бардак на письменном столе, закрыла гримуар Антуанетты, проведя ладонью по шершавой обложке… И вышла на улицу, заперев за собой дверь.

Вновь воспользовавшись услугами наемного извозчика, она вскоре прибыла в Вэлфорд-холл, где постаралась быть милой и приветливой со слугами.

Чемберс и Адамсон всеми силами старались загладить вину и ей угодить. Подали вкусный обед и поделились последними новостями из уединенной жизни замка, которого не касались глобальные проблемы. В частности, ремонт после землетрясения и пожара был закончен, а юноша-лакей, доставивший письмо Шерлу Прамниону, – уволен без рекомендаций. Деметра попросила не делать из парня виноватого и уговорить его вернуться, хотя на самом деле не испытывала по этому поводу никаких чувств, кроме долга перед работающими у нее людьми.

Поднявшись на башню, она прошла мимо закрытой двери бывших покоев Рубины, в которых жила Алана. Возле нее стояли двое крепких лакеев в качестве охранников. Деми кивнула им и прошла к себе.

Странно, но она не чувствовала больше абсолютно никакой связи с этим местом, как будто холодные отношения с сестрой и возвращение матери изгнали ее отсюда. Гостиная и спальня казались чужими и никогда ей не принадлежавшими.

Она нашла на столике сказку о четырех фейри и долго ее перечитывала. А затем, поддавшись мрачному настроению, выбрала в гардеробной полностью черное пышное платье, кружева которого расходились по лифу таким образом, что напоминали вырванные из крыльев перья. Адамсон и горничные помогли ей одеться, уложить волосы в классическую высокую прическу и накраситься.

В половине десятого за ней заехала Рицци.

– Готова к нашей самоубийственной миссии? – сходу поинтересовалась та, подвигаясь на сиденье кареты.

Сама она оделась в серебристое с радужными отливами фэнтезийное платье, идеально смотревшееся бы на какой-нибудь принцессе фей и отлично подходившее к ее новому цвету волос.

– Нет, не готова, – почти простонала Деметра. – Давай просто развернемся и уедем куда-нибудь подальше? Я ужасно устала от этого проклятого мира! Не хочу больше находиться здесь и дня.

– Никуда не уеду, пока не увижу, как Шерл выступит со своей триумфальной речью, – с энтузиазмом проговорила Рицци. Слуги захлопнули дверь, и она постучала по передней стенке, давая теневым коням сигнал к отправке. – Такой красивый мужчина… Будет приятно снова на него посмотреть.

Экипаж добрался до центра Эмайна так быстро, что они прибыли в Тинвингс-хаус одними из первых.