— Я могу управлять самой сутью вещей, Кастиан, — снова улыбнувшись, объяснил Представитель. — И я могу передавать свойства одного объекта другому. В том числе и живому человеку. Представьте, что случится, если мы с Сессилом объединим наши способности и погрузим нужный объект в правильную среду…

Он щёлкнул пальцами. Приёмную затопило изображение с ракушки. Это была официальная трансляция с заседания Совета Отцов. Похоже, пока я сидел в темнице, бунтовщики всё-таки смогли привлечь внимание первых лиц Хавока, и те решили принять крайние меры.

Это было не обычное заседание. На возвышении я видел человека, восседающего на золотом троне.

Это был Правитель собственной персоной.

Тут изображение изменилось, и среди приглашённых Благородных я увидел бледное и перепуганное лицо Даниэля.

Способности Сессила и Представителя, взрывчатые вещества, подготовка Синих — всё стало понятно.

Представитель собирался чужими руками уничтожить Совет Отцов и Правителя…

Глава 82

Глава 82

Я смотрел на изображение с ракушки, боясь пропустить хоть что-то. Каждая деталь казалась мне важной.

По сути, это было совещание, одно из множества, на котором в двух мирах побывал я сам. Но только сейчас в зале заседаний присутствовали самые могущественные люди Хавока. Люди, которые одним своим решением могли решить судьбу огромного города…

Зал заседаний был шикарным и очень просторным, с множеством колонн и парящих под потолком светошаров. От него веяло силой и торжественностью.

На отдельной трибуне восседал Совет Отцов. Все как один — суровые дядьки с хмурыми лицами. Совершенно обыкновенные на вид, но их внешность меня не обманывала. Я знал, что за каждым из них скрывались огромные деньги, собственные войска и фамильные Атрибуты. Они были очень сильны, и сила настолько впиталась в их натуру, что сквозила в каждом их движении и взгляде.

Мне в голову пришла забавная идея, и я, не сдержавшись, улыбнулся. В самом деле, Отцы Кланов вне закона и виднейшие Благородные из Совета Отцов всего Хавока носили одно и то же наименование. Само это обстоятельство как будто говорило, что разница между преступниками и знатью совсем не так велика, как может показаться…

Но даже несмотря на всю их силу и влияние, спутать с ними Правителя было невозможно. Я никогда раньше им не интересовался и не знал, как он выглядит. Это казалось мне лишним — он и Совет Отцов были слишком далеки от моей жизни. Всё, что меня интересовало, — это моя собственная жизнь и отчаянные попытки вырваться с социального дна. Правитель же был частью совсем другой жизни, далёкой и почти недостижимой…