— Но, позвольте, Элеонора Эдуардовна сказала... Ох, а вот и она сама.

— Максим, разрешите Игорю Семёновичу заняться своей работой.

— А я что, мешаю? Вон, Юсупов ещё до сих пор не пришёл в себя, помогите своему собрату в его лечении.

Эскулап насупился.

— Иди, иди, Игоряша, — усмехнулся подошедший Петрович, — Этому парню ничего не сделается, даже если его поезд переедет.

Игорь Семёнович ещё немного помялся, но после милостивого кивка Эслер потопал в сторону моего противника.

— Я надеюсь, вы заработали на сегодняшнем поединке? — поинтересовался у Томилина.

— А то как же, ученичок.

— Ладно, пора отсюда сваливать, пока Юсупов не пришёл в себя и опять не полез в драку. Второго такого боя мне не выдержать.

Поединок довольно сильно вымотал, выкачав половину энергии, но я всё равно был доволен как слон, ибо у меня получилось целенаправленно активировать атрибут рода. Я запомнил все внутренние манипуляции и ощущения во время его формирования, поэтому был уверен, что смогу в любое время повторить те же действия.

Приятно удивила длительность застывшего времени. Пять ударов сердца — столько я отсчитал. Красота, но нет пределу совершенству.

Сегодня я сознательно рискнул, применив атрибут рода на людях, но больше этого делать не стану, иначе пойдут вопросы, а шибко умные догадаются, что именно я использовал, а после свяжут ниточки воедино и пиши-пропало — опять в бега. Придётся потерпеть до поры до времени, и применять Время, только будучи уверенным в отсутствии свидетелей.

Ещё одна интересная деталь, сразу бросившаяся в глаза. Дело в том, что воздействие родового атрибута не смог остановить защитный купол дуэльной площадки. Насколько я мог судить по словам Морозова, Время замедлилось во всём зале, ведь он сказал, что не видел, как я наносил удары Юсупову, соответственно, попал под влияние атрибута.

Значит, нужно на досуге выяснить дальность воздействия родовой способности.

Скоро начнут спрашивать, как я победил своего противника — придётся ссылаться на усиление и ускорение тела: мол, выиграл за счёт высокого темпа передвижения и уникальной ловкости, которые можно списать на технику рода Стрижнёвых.

Антоха, поздравив с победой, вызвался помочь вместо тётки, но я отказался: чувствовал себя превосходно.

Снова глянул внутрь себя, проверяя количество энергии, и нахмурился: родовой атрибут жрал её безудержно, зачёрпывая словно в бездонную бочку. С этим тоже надо что-то делать, иначе никакого прока от владения временем не могло быть и в помине.

Алина сразу предложила «безвозмездную» помощь в исцелении, но я отложил «лечение», решив немного обождать. Сначала разговор, потом удовольствие.