— Не до завтрака!

— Вас совсем не узнать, — пожаловалась служанка.

«Я и сам перестал себя узнавать с тех пор, как влез в это проклятое дело с убийцей-маньяком».

— Многие стали не такими, — прошептала Лена, — боятся, что их того. прихлопнут.

«Обязательно прихлопнут, если не предпринять меры!»

Он уже у порога. И опять та же мысль: «Алевтина отключилась сама?». Он набрал номер ее телефона.

— Еще дома? — охрипший от волнения и бесконечного курева голос возмущенно дрожал. — Я думала, ты уже в дороге.

— Иду! — Горчаков несколько успокоился. Хотя бы у нее пока все в порядке.

Пистолет в кармане. Теперь главное — спокойствие и ясный ум.

Черкасова встретила его, повела в гостиную, усадила в кресло и сообщила:

— Можно говорить спокойно, никого нет. Служанку я отправила по делам. Теперь слушай.

Однако она так и не могла начать. Видно, как ей тяжело. Даже если они с Валерием — чужие люди, он все равно ее муж.

— Слушай, — наконец повторила она. — Вот что я узнала. Обо всем по порядку. Вчера он пришел раньше, выглядел усталым, был замкнут, однако мне удалось его разговорить.

— Ну и?! — нетерпеливо крикнул Александр.

— Про его кабинет. Машинка находится там. Он на ней иногда печатает письма.

— Он? А секретарша для чего?

— Я сказала «иногда». Он любит посидеть за машинкой.

— Пусть так. Но это еще не факт для прямого обвинения.

— Ключ от кабинета находится только у него. Дубликата нет ни у секретаря, ни у кого другого. Без Валерия туда никто не заходит. Уборщица иногда.

— И он тебе все так подробно выложил?