Рыцарь и лошадь лежали без сознания, над головами водителей шумели вековые сосны,

Ашот Минасович медленно зеленел лицом.

– Што…где…куда… – заикаясь, поинтересовался он и помял волосатую грудь в районе

сердца. Потом обернулся на «жигули» увидел смятый в гармошку бампер и отчаянно

запричитал – Новый машина…был… Я говорил, давай поведу! Почему не слюшиишь! Кто

чинить будет, да?! Дядя Ашот! Сколько новый бампер стоит, не знаешь, да?! Сколько зарплата

у дяди Ашота, не знаешь, да?!

Женя отмахнулась от причитаний инструктора, куда больше ее сейчас волновал

бездыханный рыцарь невесть откуда возникший посреди объездной. Или это уже не объездная?

Судя по сосновому бору вокруг, родным городом здесь и не пахло… Пахло приключениями! На

вторые девяносто. Давненько мы это…

– Эй, сударь… – робко воззвала Женя, пиная рыцаря в бронированный бок. К лошади

подходить бесполезно. И так ясно – мертва. Столкновения с «жигулями» это вам не рыцарский

турнир, к сожалению. Там у бедного животного было хоть немного шансов. Рыцарь

заворочался перевернутой кверху панцирем черепахой. Помочь ему подняться Женя не имела

ни сил, ни опыта. Однако мужчина справился сам. Скрежеща своим железом, поднял забрало, и

на Женю уставилось мрачное и перекошенное игорево лицо.

– Что ты делаешь в этой консервной банке?! – с трудом сдерживая нервический хохот,

воскликнула Женя. Она не могла поверить своим глазам. Проводник в облачении рыцаря! –

Сдаешь тесты на выживание в нечеловеческих условиях?