Он стал вспоминать те особые слова урда, которые знал каждый иллар и которые произносили очень немногие – только те, кто по каким-то причинам желал намеренно уйти из жизни. Дьявол, даже это ему недоступно, требуются кисти рук, а они притиснуты к телу столь плотно, что он давно их не чувствует. Одеревенели. К холоду добавился озноб, купание в ледяной воде под аккомпанемент морозного ветерка потихоньку делали свое черное дело. Что ж, если так, урд скоро может и не понадобится.

Он с трудом вырвался из цепких объятий стылого, нездорового сна. Открыв глаза, внезапно осознал, что будят его намеренно, осторожно встряхивая за плечи и похлопывая по щекам. Вокруг было темно, ночное солнце затянуло тяжелыми тучами, ветер стих, воздух казался чуть теплее, чем накануне. Тэйн обнаружил, что лежит на берегу развязанный, и что Рек, с донельзя расцарапанным лицом (не иначе, Линара приложилась) растирает его пахнущей интой тряпкой. Он попытался сесть, но ничего не получилось. Тело словно умерло, одна боль существовала сама по себе.Губы растянулись в кривой и радостной улыбке, но парень недовольно покачал головой и, сунув ему в рот всю ту же баклагу, заставил сделать несколько глотков.

– Я огрел их по голове, пока они спали, – пояснил он. – Пусть спят подольше и покрепче. Может их… того?

Тэйн медленно, словно преодолевая сомнения, качнул головой, потом, чувствуя, что уже может шевелить губами, спросил:

– Как ты освободился?

– Разжевал кляп, перегрыз ремень. Все зубы стер, – он пощупал пальцем нижние резцы и вздохнул. – Я бы раньше, – добавил он виновато, – если бы знал, что с тобой и где ты. Проснулся-то я уже связанный. Только когда я твои вопли услышал, тогда и понял, что надо шевелиться. Камни твои я спрятал еще тогда, на стоянке, – продолжал Рек, отхлебнув из баклаги для поддержания духа. – Я слышал почти весь разговор Лигура с Ригойном, когда валялся в лодке. Я тогда и понял, что плывем мы не туда, и что им нужно камни твои свистнуть и смыться. Пока Лигур с близнецами дровишки собирал, а сука эта посуду мыла, я их тихонько у тебя из мешка вытащил, да за те глыбы – помнишь их? – спрятал. Там щель есть одна хитрая, как раз туда все три и просунулись. Тебе сказать не успел – пойло их гнусное совсем разум замутило. Оказалось – правильно сделал.

Тэйн криво усмехнулся. Правильно. Очень правильно.

– Своими руками они тебя не убьют – боятся, – продолжал Рек лихорадочно. – А вот бросить здесь – бросят, ни пожрать, ни выпить не оставят. Так что давай сматываться, пока они не очухались. Ты встать-то можешь?