Многообещающе улыбаюсь:

– Может, тебе язык отрезать, а?

Дерзкая улыбка в ответ:

– А что на это скажут мои папочка и мамочка?

Усмешка.

– Что они скажут – это вопрос второй. А вот ты уже точно ничего больше не скажешь. Впрочем, это всё ерунда. Веришь, что я тебе устрою проблемы, если что?

Серьезный кивок.

– Верю. И где я так облажалась?

– Нагрешила.

– И где?

– Язык у тебя больно длинный. Ты зачем разболтала новые словечки своей сестры? Она тебе доверилась, как взрослому человеку, а ты повела себя, как баба базарная.

Джанна насупилась.

– Ничего я не «баба базарная».

Киваю.

– Угу. Конечно. Кто ещё знает эти слова?

– Никто. Кроме нас.

– «Нас» – это кто конкретно, изволь пояснить.

– Миша и Гоша.

Хмыкаю:

– То есть ты хочешь сказать, что больше никто в лицее этих слов не слышал и не знает?