Забавный такой зоопарк наоборот получается. Будет даже интересно вернуться в этот мир и попробовать их бананы, если, конечно, Казимир не обосрётся. А ведь он уже подозрительно держится за живот… Исследователь, хренов.

Примерно через часа два мы добираемся до того места, где нужно открыть червоточину. Лариса не спешит её открывать, по её обгоревшему лицу видно, что её захлёстывают чувства. Она наверняка стояла здесь изо дня в день в надежде, что за ней придут. Но никто так и не пришёл…

Потерявшая всякую надежду женщина отправилась в первый пригодный для жизни мир и едва там не погибла. Думаю, если бы задержались недели на две-три, то нашли бы её обгоревший труп. Скорее всего, женщина погибла бы от обезвоживания, ведь эти три солнца жарят так, что даже скалы нагреваются выше пятидесяти градусов!

— Пора, — негромко говорю я. — Пора вернуться домой.

— И правда, пора… — шёпотом соглашается она. — Как-то даже не вериться… Всё как во сне…

— Нет, мама, это реальность, — Алиса обнимает её за руку.

— Ну, с Богом, хоть я в него и не верю… — она насвистывает свою мелодию, и разлом открывается.

— Не спешите, — я встаю перед Ларисой, не позволяя ей прости сквозь червоточину. — Мы должно понять, безопасно ли это. Николай Петрович, вы знаете, что делать.

— Работаю над этим, — дед достаёт из рюкзака небольшую бомбу, прозванную хлопушкой, и кидает её в наш мир.

— Зачем это?.. — Лариса закрывает уши от громкого взрыва, который оглушает нас.

— Разбудить нашего человека, который может спать, — я внимательно всматриваюсь в лесополосу. Через полминуты появляется солнечный зайчик, который безостановочно моргает. — Всё чисто, может идти.

— Добраться без вездехода будет проблематично, — подмечает Николай Петрович. — В машину влезет только…

— Влезут все, а Громп поедет в багажнике, — перебиваю я.

— Ну… Можно и так, — дед кивает.

— Громп не любит ездить в багажнике… — мохнатый зверёк идёт с поникшим видом.

— Тяжела и неказиста жизнь пришельца, — саркастично выдаю я. — Ну что, Лариса, вот вы и дома.

— Наконец-то… — она крутит головой во все стороны, фокусируясь на деревьях, облаках и солнце. — Одно… Наше родненькое…

— Дорога по лесу будет жёсткой, но ничего не поделаешь, — предупреждаю я. — Придётся трястись четыре часа кряду, а то и больше. Зато потом вас ждут все блага цивилизации, по которым вы наверняка соскучились.

— Это всё хорошо, но в первую очередь мы должны попасть в Питер. А точнее, двести сорок три километра к северу. Укажу более точные координаты, — холодным и безэмоциональным тоном сообщает она.