– Только не говорите, что вы будете каждого из них вызывать на бой! – снова напомнил о себе магистр Леопольд, чей голос благодаря котелку приобрел металлические нотки, которым позавидовал был любой легендарный боевой маг прошлого. – Это никуда не годится!

Он был прав – рой нельзя было одолеть ни ножом, ни мечом, а на подбор заклинания времени не имелось. Раз уж Искен до сих пор ничего не придумал, то мне и подавно не стоило копаться в памяти. Опять приходилось обращаться к скучным, нериглядным методам. Я спрятала нож в голенище сапога, и торопливо начала сгребать руками сырые листья, ощущая, что с каждым мгновением все больше шершней начинает интересоваться моей пятой точкой, завлекательно мелькающей среди сорняков. Удивительно, но Леопольд, вопреки своему обыкновению, не стал отсиживаться в стороне: выдернув с корнями огромный куст чертополоха, он размахивал им надо мной с воинственными воплями. Конечно же, он ничего не видел из-под котелка, но на душе стало спокойнее, ведь внимание шершней определенно переключилось на магистра – и насекомых можно было понять: вряд ли им доводилось видеть ранее что-то подобное. Что там – даже мне не так уж часто выпадало поглядеть на магистра Леопольда в бою.

– Дыхните на них, мессир! – давясь смехом, посоветовала я, продолжая сгребать с земли все подряд. – Сейчас самое время для бесчестных приемов!

Леопольд, не разделявший моего веселья, пропыхтел что-то нечленораздельное, но свирепо замахал кустом с удвоенной энергией.

Наконец я бросила на костерок, к тому времени прилично разгоревшийся, охапку влажной листвы и веток. Повалили клубы белого едкого дыма, и пока я бормотала слова самого короткого и простого заклинания, что пришло мне на ум, пришлось порядком его наглотаться. То же самое, судя по надсадному кашлю и дребезжанию котелка, произошло и с магистром. Но спустя пару секунд чары сработали – дым, повинуясь моему указующему жесту, потянулся в сторону Искена, вскоре окутав того полностью и спрятав от моих глаз. Низкий гул роя изменил тональность – шершни не любили дым и сразу же принялись метаться в поисках спасения, отложив на время атаку.

Аспирант все понял верно, и, воспользовавшись замешательством врага, появился рядом со мной, прихрамывая на босую ногу и бормоча проклятия. Убедившись, что мы не пострадали (по крайней мере, мне хотелось именно так расценивать тот суровый взгляд, которым Искен одарил меня и магистра Леопольда), он тут же скрылся в сторожке. Не успела я удивиться, как аспирант вернулся, держа в руках небольшой мешочек. Порошок, которым он щедро посыпал тлеющую листву, придал дыму болотно-зеленый цвет и неимоверную вонючесть.