– Вы полагаете, этот фонтан не иссякнет несколько часов кряду? Неужто он так хорош?!

Но ответа на свой вопрос он не дождался, поскольку Мелихаро замер, явно что-то услыхав, и спустя мгновение я тоже разобрала неясный шум, дробящийся на взвизгивания, вой, рычание и прочие неприятные звуки. Грязь под нашими ногами вдруг подернулась едва заметной рябью, усиливавшейся с каждой минутой.

– Гоблины пробудились и бросились в погоню! – озвучил Мелихаро то, о чем все остальные и так догадались. – Упаси нас небеса от…

И не успел он договорить, как нас сбила с ног плотная волна всколыхнувшейся грязи. Она же безо всякой жалости понесла нас вперед, и не успела я отплеваться и протереть глаза, как новая волна – чуть поменьше предыдущей – вновь увлекла меня за собой. Побарахтавшись, я смогла встать и в свете мерцающей сферы, следовавшей за мной, увидела, как пытаются подняться мои спутники, облепленные грязью с ног до головы.

– Что это было? – скрипуче вопросила самая высокая фигура, в которой я узнала магистра.

– Великий гоблин решил пуститься за нами в погоню вместе со своими подданными, – отвечала куча грязи поприземистее. – И как только он с размаху шлепнулся в ваш грязевой поток, мессир, вся эта масса всколыхнулась, как это бывает с водой в тазу, куда кто-то бросил камень. Нужно бежать со всех ног! Рядовые гоблины ниже нас ростом и для них здесь глубоковато, так что у нас имеется преимущество. Но даже не рассчитывайте, сударь, что я когда-нибудь поблагодарю вас за этот треклятый фонтан!

Самая величественная груда грязи молчала, приняв гордую позу, и молчание это было даже более зловещим, чем гул за нашими спинами.

– Да у вас уши что ли забиты?! – воскликнул Мелихаро, подкрепив свои слова выразительным хлюпаньем – должно быть, демон топнул ногой, но разобрать это не представлялось возможным. – Говорю же – бежим!

И мы пустились в бегство – если так возможно было назвать передвижение по вязкому, колышущемуся месиву, норовящему засосать ноги, как болотная трясина.

Гоблины настигли нас быстро, тем самым открыв всем нам неизвестное ранее свойство своего племени.

– Они умеют передвигаться по стенам и потолкам своих тоннелей! Почему об этом не было написано ни в одном справочнике? – с искренним удивлением произнес магистр, наблюдая за тем, как мы с Мелихаро по очереди пытаемся удавить цепкую тварь, впившуюся в Искена, одновременно с этим отбиваясь от нескольких гоблинов помельче, сыпавшихся на наши головы, как подгнившие фрукты с дерева. Спустя несколько секунд даже Леопольд, обычно всеми способами избегавший драк, лишился возможности задавать вопросы, что мы поначалу восприняли с мрачным удовлетворением. Но магистр брыкался с энергией, которой позавидовали бы дикие кони теггэльвских степей, и, признаться, наносил больше вреда нам, чем гоблинам. К тому времени мы порядочно удалились от грязевого источника и ноги наши не вязли в жиже, но мелкая нечисть все прибывала, и единственное, что спасло нас от немедленного поражения в этом неравном бою – страх гоблинов перед светом, исходившим от сферы. Они терли подслеповатые глаза, промахивались и сбивали друг друга с ног, истошно визжа. Но уж если кому-то из них удавалось вцепиться во врага, то избавиться от него можно было только вместе со значительным клоком одежды, которой у нас имелось не так уж много.