— Куда мы идем-то? — спросил Веник.

— Заткнись и шагай! — прохрипел Крест.

Это замечание не понравилось Венику, который вдруг сильно разозлился. Если бы Крест мягко попросил его или умолял бы, то парень в лепешку бы разбился, но вывел раненого бандита. Грубый же тон настроил совсем на другой лад.

«Да за кого этот козел меня держит? — думал Веник. — Нашел лоха!»

Он начал высматривать вокруг, чем того можно нейтрализовать и тут вдруг осознал, что в руке у него по-прежнему зажат нож Снегиря. Еще в мотовозе, когда он начал помогать бандиту выбраться, он переложил его в левую руку и сейчас тупо шел с ножом в руке.

«А я и есть лох!» — досадливо подумал Веник.

Они отошли уже достаточно и сейчас брели в полутьме. Сюда уже не доставал свет фар мотовоза.

— Стой! — скомандовал Крест. — У меня в кармане фонарь. Достань! Да быстрее же!

Веник вздохнул и коротко, без замаха, вонзил нож в живот Креста. Раз, другой, третий.

Тот молчал, и некоторое время молча ошеломленно смотрел на парня. Затем несколько раз, опять беззвучно, открыл-закрыл рот и рухнул на шпалы.

Правая рука его стукнулась о рельс и из нее выскользнула какая-то металлическая вещица. Веник машинально нагнулся, подобрал и с удивлением обнаружил, что это маленький пистолетик, почти умещающийся в ладони.

«Вот оно что», — подумал он.

Вот то, что он принял за стреляющий палец Креста. Именно из этого пистолетика тот стрелял на «Курской».

«Крутой тип, этот Крест», — только и подумал он.

Веник посмотрел на бандита. Тот несколько раз дернулся в судорогах и теперь лежал неподвижно у его ног. Изо рта потекла струйка крови.

Появилась мысль обыскать труп, но стало вдруг противно. Что он мог найти у него, да и зачем ему вещи этого типа? Что там у него может быть? Карта «Огненного кольца»? Написанная кровью карта пути в чистые места через «Последний тоннель»?

Веник только взял у бандита из кармана фонарик, включил его и медленно, пошатываясь, двинулся вперед.

Он не помнил, сколько шагал вдоль рельсов. Мотовоз остался далеко позади, а тоннель все не кончался. Впереди показался вроде бы завал — непонятное нагромождение камней и обломков. Веник тупо поковылял к нему, как вдруг из темноты раздался выкрик:

— Кто идет?

Апатия вдруг пропала и парень, выключив фонарик, залег на шпалы, щекой ощутив холод рельса рядом.