— Блин, — озадаченно сказал мастеровой. — Вот блин. Надо осмотреться. Я сейчас Веня, — сказал Фил и направился к выходу из камеры.

— Да подожди ты! — громко сказал один из парней, хватая мастерового за руку.

— Ну?

— Отменяем все?

— Ничего не отменяем! Действуем, как решили.

— Да ты сдурел? Там теперь охрана другая совсем. Они нас не пропустят.

— Значит надо попросить их. Убедить, — тихо сказал Фил таким тоном, что Веник просто физически ощутил, что быть бойне.

Почувствовали это и парни.

— Нет Фил, — сказал один из них. — Я в такие игры не играю. Я пас.

— Я тоже пас, — кивнул другой. — Тут теперь надо думать, как свои головы спасти.

Венику сразу вспомнилась ситуация в тоннеле после «Комсомольской». Там тоже один захотел выйти из игры. Хотя нет, думал он, Фил все-таки не отморозок — не будет им головы рубить.

Мастеровой, и правда, не делал попыток достать хоть какое-то оружие. Вместо этого он тихо и доверительно сказал:

— Парни, да вы сдурели что ли? Когда все уже на мази! Мы близки к этому, как никогда!

— Нет! — уперлись сообщники.

Фил набрал полный рот воздуха и возмущенно выдул его, как он делал в моменты раздражения.

Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут в коридоре показались три человека, которые быстрым шагом приблизились к камере и направились внутрь. Подельники Фила затравленно уставились на них. Впереди, уверенной походкой, вышагивал молодой мужчина лет тридцати, одетый в серый и очень узкий плащ. Венику сразу не понравился его надменный вид и красивая прическа.

— Вот вы где, — ухмыляясь, сказал этот тип, заходя в камеру. — Так сказать, вся шайка в сборе. Так ведь?

Он торжественно посмотрел на подельников Фила, которые потупили взгляд.

— Ну и что мы делать будем? — обратился он к Филу.

— Послушай, — медленно сказал мастеровой, — я так понимаю, ты все уже знаешь?