— Эх, Веня, — Фил посмотрел на запястье, и Веник увидел там плоский металлический квадратик с прямоугольным экраном. Такой же, как он снял с мертвого балбеса Секи под «Маяковской».

— Чего это у тебя?

— Часы это такие. Видишь цифры? Вот первые две — это часы, а за ними — это минуты. А вот эти, маленькие, это секунды.

Крайняя правая циферка постоянно менялась от нуля до девятки.

— Ничего себе, — покачал головой парень. — Я тоже такие находил, только они не работали.

— Эти работают. У них там этого добра много.

— Так, где ты был-то?

Фил снова посмотрел на часы и сказал:

— Время у нас с тобой еще есть, поэтому, если вкратце, то я был в бункере, откуда Шуруп родом. Ну, у Доктора, про которого ты нам рассказывал.

— У Дока?

— Да. У него, — кивнул Фил. — Говорил я с ним. Толковый мужик.

— Так это они специально тебя? Ну, на «Шоссе»…

— Ага. Решил он со мной поближе познакомиться. Вот так он и переправил меня к себе. Скажу тебе, Веня, много я там чудес насмотрелся, потом все расскажу, а сейчас времени нет. Не для этого я к тебе пришел. И чтобы конкретно говорить, ты сперва расскажи про себя, как ты дошел до жизни такой? Я как узнал, что Дед с толстым свалили, а ты остался, то и не поверил даже сперва. Потом узнал, что ты тут с бабой связался…

— Да какой там, — Веник досадливо махнул рукой. — Дура она, а я еще больший дурак. Вообразил, что тут у меня новый дом, ну и на этом погорел…

— Так что тут у тебя вышло?

— Да ничего. Через день, как Дед с Бородой «сделали ноги», меня арестовали и опять на «Шоссе» отправили. Типа грехи искупать. Заставили в тоннеле дежурить…

— Про это я слышал, — снова кивнул мастеровой. — А дальше что?

Веник сжато рассказал о Диаметре, о Тамбуре, о бегстве оттуда.

Фил, слушая, то и дело бил себя рукой по коленке.

— Ну, блин, ты чертовски везучий, Веня. Сам посуди — ты с Диаметра ушел, с Тамбура ушел. От верной смерти ведь! Не хватало, чтобы тебя местные идиотики к стенке поставили.