Парень подал Илье и Мирону их ботинки и куртки. Одеваясь и глядя на задумчивое лицо Ктора, Илья подумал, что тот начинает догадываться, или по крайней мере подозревать, как они проникли в контору.

Одевшись и оставив в подвале безымянного типа, они трое поднялись на первый этаж и вышли через дверь на улицу. Там уже почти стемнело. Светили фонари.

Встретив пустого извозчика, трое сообщников сели на пролетку и менее чем через полчаса оказались в нужном районе. Пройдя немного узкими пригородными улочками, они подошли к какому-то непонятному сараю.

На стук им открыл старый бородатый дед, который с уважением пожал руку Мирону и провел их коридором и выпустил в темный сад.

Пройдя под деревьями, Илья увидел приземистое широкое здание.

— Это корчма «Старый лось», — пояснил Мирон.

— Ждите здесь, — тихо велел сыскарь и темной тенью скользнул вперед. Илья видел, как тот подошел к дому. Открылась дверь и закрылась дверь, на миг показав неяркий проем.

Через несколько минут он вернулся.

— Идем.

Сыскарь вместо дверей одному из темных окон, он легко постучал по стеклу. Внутри комнаты мелькнула тень:

— Это мы, — тихо сказал сыскарь.

Окно быстро распахнулось.

— Давайте сюда, парни! — послышался изнутри голос Элая.

— Вы все тут? — Мирон прищурился, глядя в комнату.

— Мы тут четверо, но не в этом дело… Слушай Мирон! — послышался взволнованный голос молодого Глока — Беда у нас! Борна и Мудреца схватили!

— Не ори! — оборвал его сыскарь. — Берите вещи и на выход!

Четверо сектантов через окно быстро вылезли наружу. В руках Элая и Пирса были какие-то сумки.

— Быстро за мной, — скомандовал сыскарь.

Они двинулись в темноте через сад. Перелезли через забор и какое-то время шли узкими переулками, по краям которых высились заборы и темнели длинные сараи. Выйдя на оживленную улицу с фонарями, двинулись по ней. Через пятнадцать минут быстрой ходьбы по ночным улицам и переулкам, они оказались на просторном чердаке, какого-то сарая, куда привел их Мирон. В большой комнате стояло несколько старых диванов, стульев и столов.

— Остановимся здесь, — сказал Мирон, зажегший небольшую спиртовую лампу. — А теперь к делу. Рассказывайте!