Не единожды поднимались и спускались по бетонным и стальным лестницам. В одном месте Агея сильно удивил долгий спуск по бетонной лестнице без перилл, так что легко можно было свалиться в глубокую шахту между лестничными пролетами.

Шагая по гулким коридорам, парень потерял счет времени, и скоро ему стало казаться, что они уже никогда не выйдут, как вдруг, товарищи впереди распахнули очередную стальную дверь, на них хлынул яркий свет и в грудь ударил свежий морской воздух. Они вышли на улицу.

Когда глаза привыкли к свету дня, Агей посмотрел на часы и увидел, что они блуждали по станции меньше получаса.

Следуя примеру товарищей, парень положил свой фонарь возле стены и осмотрелся. Они стояли под высокой стеной на огромной бетонной площадке, протянувшейся, по всей видимости, вдоль всей станции. Впереди, в двух десятках метрах, стоял небольшой парапет, а за ним виднелось море.

Идя к парапету, Агей догадался, что они оказались на противоположной стороне Силовой станции.

Подойдя к небольшому бортику, они увидели внизу, в десятке метров еще одну бетонную площадку. А за ней уже находились причалы станции. Они представляли собой правильные прямоугольники, расположенные в ряд. Сама бухта тоже была прямоугольной. От площадки внизу, в сторону моря отходило три длинных бетонных пирса. Вдали виднелся, почти разрушенный полукруглый волнолом, защищающий эту, не используемую, гавань. Вдали, у самого конца левого пирса стояла знакомая белоснежная яхта. Вместе, где начинался пирс, виднелись люди. Присмотревшись, Агей узнал Добера и его двух напарников.

— Как тут спуститься? — спросил бригадир.

— Идем, — Лашман повернулся и двинулся в сторону.

Пройдя немного в сторону, они обнаружили бетонную лестницу, по которой спустились на нижний уровень и двинулись к левому пирсу. Часовые их заметили и побежали навстречу.

— Ну, чего там у вас? А? Вроде не стреляют больше? А? — забросали их вопросами.

— Все нормально, — отвечал Нос. — Вроде отключили. Как тут яхта? В порядке?

— Да вроде да, — пожал плечами Добер. — Я подходил, смотрел, вроде всё нормально.

Бригадир переглянулся с Колянычем и они двое вступили на пирс и быстрым шагом направились к яхте. Остальные поспешили за ними следом.

Вот и яхта. Агей смотрел на нее и не видел изменений. Вроде и правда «все на месте». Белые паруса на мачте, красивая палуба, блестящие детали.

Всей толпой они залезли на борт. Коляныч бегло осмотрел штурвал и палубу, а затем решительно направился по ступенькам вниз. Все остальные, включая энергетика, с умными и деловыми лицами двинулись за ним следом. Агей решил, что ему нечего там делать, поэтому один остался на палубе.