Ира Малинник Грехи и молитвы

Ира Малинник

Грехи и молитвы

Глава 1. Услышь мои слова

Глава 1. Услышь мои слова

Несмотря на поздний час, в доме никто не спал. Изредка половицы нет-нет, да вздыхали протяжным скрипом, оседая под весом человека. В окнах мелькали темные размытые тени: домочадцы ходили из комнаты в комнату, с этажа на этаж.

Наконец, входная дверь запела тяжелым металлическим кольцом: боммм! Пришел посетитель.

Ночной гость оказался невысоким и жилистым молодым человеком с ярко-зелеными глазами, очерченными темными кругами. Волосы его были коротко стрижены и торчали в разные стороны, припорошенные легкой моросью — на улице шел дождь.

Одет молодой человек был в просторные темные одежды. Когда он вошел в дом, домочадцы увидели, что он был в простой черной рясе, перетянутой шнурком. На плече у него висела потрепанная и видавшая виды кожаная сумка, из которой торчали свернутые в трубку бумаги и какие-то диковинные инструменты.

Едва молодой человек переступил порог дома, с верхнего этажа тут же раздался утробный вой, а вслед за ним — дикий, ни на что не похожий хохот. Хозяин дома, лысеющий мужчина в годах, вздрогнул и виновато посмотрел на ночного гостя:

— Святой отец… Она наверху…

Молодой человек поднял голову и внимательно посмотрел наверх, словно пытаясь что-то разглядеть сквозь деревянные доски. В ответ, будто почуяв его взгляд, наверху снова завыло и загрохотало.

— Мне очень жаль, — тихим хриплым голосом сказал клирик. — Вы позволите?

— Для этого я вас и позвал. Но кто бы мог подумать — демон в нашей глухомани… Моя бедная Эмма!

— Эмма, — словно пробуя имя на вкус, эхом отозвался молодой человек. — Эмма.

— Пройдемте.

Пока семья в безмолвном, траурном молчании стояла у дверей, мужчина повел клирика наверх, по скрипучей старой лестнице. Взгляд молодого человека выхватил осунувшееся заплаканное лицо уставшей женщины — наверняка мать. К ней жались два мальчика и девочка — братья с сестрой. Хорошая семья. Но несчастье не выбирает, к кому прийти.

Поднимались наверх медленно, почти торжественно. Взгляд клирика подмечал малейшие детали: бедное, но опрятное и чистое жилье. На стенах висят кресты — еще бы, каждая семья в стране была набожной, будь то крохотная деревушка или большой город. Кое-где на полу лежали раскиданные игрушки; под ноги молодому человеку чуть не угодила деревянная лошадка.

Наконец, достигнув второго этажа, мужчины остановились. За дверью комнаты стояла тишина.

— Извините, но я… не могу, — мужчина отводил глаза, не в силах смотреть в лицо священнику. — Я не могу видеть ее такой и не смогу видеть, как это… уйдет. Я хочу прийти, когда все кончится. Вы ведь поможете нам?