— Чем? — маг берет себя в руки, снова обретает уверенность.

— Я буду формировать Великое Исцеление, Вы подсказывайте. Как сделаю, снимайте стазис. — вздыхает Настя.

Настя по шагам, но вполне самостоятельно, формирует огромный конструкт. Целитель не перебивает, но и ни разу не помогает. Настя начинает запитывать конструкт, и маг снимает стазис.

Павел выгибается от боли, но тут в него падает Великое исцеление от сестры.

— Ты ангел? — открывает глаза сразу после внезапно прекратившейся боли Павел.

Глава 42

Глава 42

Настя розовеет.

— Поздравляю, коллега. — перебивает целитель. — даже не принимая во внимание вопрос избавления от проклятия, Вы только что сдали экзамен на самостоятельную практику. Я специально не вмешивался. Вы всё сделали без ошибок. Я сегодня же в Академии внесу Ваше имя в списки. Вы будете, на моей памяти, самым молодым целителем первого ранга.

— А как же комиссия?

— Бросьте коллега. Я и есть комиссия. Декан факультета Целительства Академии. Николай Евгеньевич Макаров.

Мое мнение в комиссии — определяющее. А Высшим исцелением не все целители первого ранга владеют. Да, я не могу своим словом Вам присвоить внеранговость, кроме того, очевидно, Вам требуется сложный опыт для этого. Но я почти уверен, что при наличии такового опыта, через пару лет, буду иметь честь рекомендовать Вас на прохождение квалификационной комиссии уже на этот ранг.

И, Ваше Сиятельство, Вам просто необходимо описать методику работы с подобными конструктами. Это спасет множество жизней, особенно в свете грядущего.

— Я постараюсь. — сестра немного теряется от напора. Переглядывается с Котом.

— И не откладывайте, я настаиваю. — маг, как дело касается целительства, совершенно преображается. Становится фанатичнее.

Настя ставит диагност.

— Мне кажется, теперь Павел Алексеевич в порядке. — Настя оглядывается на меня.

— Да, — подтверждает целитель. — Очаги исчезли. У пациента только истощение. Но это преодолимо.

— Я могу попросить задержаться у нас в гостях? — Павел внезапно прерывает диалог магов.

— Я бы очень хотел показать Вам наш дом и оранжерею. — приподнимается и падает опять на подушки. — Но пока не могу.