— Нужно что-нибудь углеродное. Мука?

— Алан нам рожу набьёт. После наших хлебных големов, он со мной неделю не разговаривал.

— Но хорошо ведь получилось! — возмутился Гарри. — Он же повар! Должен был оценить.

— Его чуть кондратий не хватил, когда лаваши по кухне бегать начали, — хохотнул Боря.

— Тоже мне неженка...

— Может, уголь? У меня рядом с мангалом есть.

— Уголь не пойдёт. Там твоей стихии до жопы, — мотнул головой некромант и взял бутылку у друга.

Он сделал несколько глотков, вытер рот, а затем друзья вместе глубоко вздохнули. Их взгляд прошёлся по небольшому молодому саду, затем по дому, по парковке с артефактными автомобилями и остановился на стаде, что находилось в дальнем загоне.

— Овец не дам! — отрезал Мусаев.

— В них крови много, а это вода. Нужно что-то нейтральное, — пробормотал Гарри и внезапно вскинул брови.

— Что? — взглянул на него друг.

Некромант повернулся и взглянул на овечник, рядом с которым была небольшая куча навоза.

— Ну? Что придумал?

— Дерьмо. Идеально! Не земля, не огонь, не вода. И не светится.

— Не дерьмо, а навоз, — буркнул Боря, задумчиво нахмурив брови.

* * *

Борис выпрямился и придирчиво осмотрел ствол дерева, что лежал перед ним.

Руны и элементы артефактных орудий на нём смотрелись откровенно кустарно. Часть из них была выполнена стальным раскаленным гвоздем. Часть пришлось выцарапывать. Чтобы изобразить ствол два пьяных мага не придумали ничего лучше, чем высверлить сердцевину примерно до половины раскаленным до бела ломом, который она вдвоём кое-как скрутили, получив жалкое подобие сверла.

Неэффективно, глупо, но ничего лучшего в две пьяные головы не пришло.

— Так, — шмыгнул носом Борис и прибавил силы в светляк, что висел над ним и освещал его труды.