«Дефективные кретины, охотящиеся на трусов», — усмехнулся Чимбик.

Да уж, по хищникам и добыча.

Репликант притаился за кучей обломков, оставшихся от оборудования подъёмника, раскрытый зев которого напоминал пасть доисторического чудовища. Охотники, закончив выпендриваться друг перед другом, наконец разошлись в поисках жертв и вышли за пределы видимости камеры.

Жаль. Чимбик веселился от души, глядя на их нелепые телодвижения, и был не прочь понаблюдать за процессом.

Люди словно пытались играть роли киногероев, двигаясь на полусогнутых ногах и тыча стволами во все стороны.

Лучи нашлемных и подствольных фонарей метались из стороны в сторону, словно спятившие огненные мурены с Акадии. Почему никто из загонщиков не использовал ноктовизоры — сержант так и не понял. Скорее всего, считали, что с фонарями охота будет интересней.

Чимбик сосредоточил внимание на оставленном охотниками шлюзе. Оставшиеся у люка два охранника расположились в столь расслабленных позах, что репликант не сомневался: неприятностей тут не ждут. И были правы: прорываться в этой точке диверсанты не собирались. А вот использовать шанс получить информацию Чимбик не упустил. Получив команду, дрон с помощью полученного на «Нинье» ключа подключился к каналу связи охранников и в шлеме сержанта раздался скучающий мужской голос.

— Сиди, жди хрен знает сколько, пока эти скоты наиграются.

— Как ты так можешь говорить про наших уважаемых клиентов? — шутливо возмутился второй охранник.

— Ртом, — не принял шутки первый. — Что-то эти три месяца вахты тянутся, как сопля по унитазу. Видеть уже рожи эти не могу. Хочу снять грёбаное бунгало на берегу моря и дышать нормальным воздухом.

— Да, я бы тоже не отказался, — вздохнул второй. — Тут и клаустрофобию заработать недолго.

— Клаус-чего? — не понял первый.

— Клаустрофобия. Ну, когда боятся там в тесный лифт входить или в маленькую комнату.

— Ну и говори по-людски! — психанул первый охранник. — И так настроение ниже ноля, и ты ещё тут умничаешь!

— Э, остынь, бро! Ты чего такой нервный? — удивился его начитанный коллега.

— Задолбался, — послышалось в ответ. — И эти примитивы союзовские достали. Особенно гомик акадийский этот.

Зараза, достал ныть — и то ему не так, и то не эдак.

Чимбик мысленно присвоил охранникам прозвища Нытик и Умник.

— А ты при каких? — не понял Умник. — Твоё дело — сторона. Стой да охраняй.

— Так он же едва не в ухо мне ныл! Пока в чёртов скаф одели — я уже сам его пристрелить был готов. То ему ботинки жмут, то складка где-то там давит, то патронташ не так, то он другое ружьё захотел… Мне аж интересно: он сколько своим холуям платит, что они всё это терпят да ещё и лыбятся в ответ?