В общем, всё без изменений.

Внимание Чимбика привлёк коридор, по которому двое охранников несли обмякшую женскую фигурку с сиреневой кожей. Репликант увеличил изображение и злобно рыкнул: идиллийка.

Сержант понимал, что будет дальше. Потому что уже видел и этот коридор, и охранников, несущих безвольного идиллийца днём раньше. Жертву занесут в комнату, где в креслах уже развалились в предвкушении удовольствия дефектные уроды, зафиксируют и введут «поцелуй вечности».

От этой мысли в груди разгоралась злость.

Не отрываясь, репликант смотрел, как идиллийку усаживают в кресло и затягивают ремни на её руках. По сравнению со многим, виденным на «Иллюзии», зрелище казалось почти невинным. Всего лишь ещё одна смерть. Для разнообразия даже не мучительная. Инъекция, непродолжительная эйфория и тихий уход из жизни.

Но Чимбику происходящее казалось невыносимым.

На месте незнакомой идиллийки он то и дело видел Талику. Ту, что была добра к нему без всяких на то причин. Ту, что позволила Чимбику почувствовать, что такое «семья». Не родное отделение, не крепкая связь между братьями, а нечто более сложное. Нечто важное.

Желание помочь, спасти вскипало внутри, выплёскиваясь из Чимбика жаждой убийства. Репликант мечтал войти в ту комнату и подарить смерть дворнягам, что так желали новых необычных впечатлений.

О, Чимбик с наслаждением подарит им новый, уникальный опыт…

Сердце гулко билось в груди, но сержант лишь крепко, до скрежета, сжимал зубы, наблюдал и ждал.

Личные желания не должны ставить под угрозу операцию.

— Управление станцией наше, — раздался в наушниках голос Йонг. — Открываю доступ.

Тактические блоки репликантов ожили, принимая огромный массив информации. Чимбик и Стилет жадно впитывали данные, запоминая каждую мелочь.

— Проблемы, — через несколько минут раздался напряжённый голос Йонг. — Генераторная заминирована, до взрыва — двадцать восемь минут. Кода, отменяющего взрыв, у меня нет. И в ангаре экипаж «Ниньи» готовится к вылету.

Видимо, есть резервный пульт, открывающий створки ангара.

Репликанты переглянулись. Хозяева станции постарались сделать всё, чтобы не оставлять доказательств её существования. Система самоуничтожения работала по принципу, названному «мёртвой рукой». Активация происходила не по команде оператора, а при её отсутствии: если сотрудник вовремя не вводил код — следовал взрыв.

Древняя, но надёжная система, призванная нанести удар по противнику в случае гибели защитников объекта.

— Я на разминирование, — откликнулся Чимбик.

— Беру «Нинью», — Стилет даже не пытался скрыть радость от окончания вынужденного бездействия.