— Мы все абсолютно единодушны! — гордо кивнула рыжая.

— Но в том решении вины и Главы, и брата Романа ничуть не меньше, в таком случае, Дарующая Ребекка! — язвительно отозвался Деклан.

— А я и не снимаю с себя ни грамма вины за это, — ответил Антон и посмотрел выжидательно на Романа.

— Кхм… не то чтобы я считаю все свои действия ошибочными. В тех обстоятельствах они были… — Глава нарочито громко прочистил горло. — Ладно. Да, я также признаю, что моя неверная оценка ситуации явилась источником проблем. Но меня оправдывает то, что я считал и считаю до сих пор брата Игоря слишком незрелым и импульсивным для того, чтобы иметь влияния и прямое воздействие на существо такой силы, каким является его будущий ребенок!

— Ничто, никакие цели не оправдывают попытку оторвать родителя от своего дитя! — гневно ответила Амалия.

— Вы правы, Дарующая Амалия, — скрывая раздражение, поклонился Роман. — Но я осознал свою ошибку, хоть это и непросто, и готов теперь всеми силами защищать интересы и ребенка, и его… хм… слишком импульсивных родителей.

— Да это балаган какой-то! — окончательно взбесился Деклан. — С каких таких пор мы даем отчет в своих действиях девк… женщинам! Дарующим!

— С тех самых, как эти ваши действия, мужчины, шаг за шагом превратили Орден из совершенного механизма поддержания равновесия бытия в сборище властных, раздутых от самомнения индюков, только и делающих, что следящих, дабы не были нарушены их драгоценные надуманные правила. И при этом плюющих на свободную волю, настоящую доброту и боль, что они не задумываясь причиняют чувствам окружающих, — снова вступила в разговор темнокожая Манифа.

— Вы смеете говорить, что мы не следуем идеям всеобщего добра и блага, Дарующая? — гневно зашипел вскочивший из-за стола Родерик. — Может, еще обвините всех в том, что мы перешли на сторону хаоса?

— Нет. Никаких обвинений нет и не может быть, пока мы единая команда. Я лишь пытаюсь сказать, что, прикрываясь постоянно общими фразами о глобальном благе, вы стали забывать о том, что оно складывается из благополучия и счастья отдельных конкретных людей! Вы не перешли на темную сторону, а лишь почти полностью утратили человечность. Посчитали, что снисхождение на вас драконьей благодати возвысило вас над остальными людьми.

— А вы считаете, что мы ошибаемся, — натянуто хохотнул один из братьев и осмотрелся в поисках поддержки. — По-вашему, нас можно поставить в один ряд с обычными людьми.

— Более чем, учитывая то, что вы оказались уязвимы для паразитов так же, как и простые люди. Думаю, это должно послужить хорошим противоядием против вашей гордыни, а то, что ваши драконы вернулись помочь вам только с нашей подачи — показателем, что это было вполне заслуженным уроком. — Манифа позволила проявиться в голосе лишь крошечной доле язвительности, но и это привело к тому, что зал просто взорвался гневными возгласами и спорами.