– Ну ладно, я теперь, типа, тебе должна. Так что как только доберёмся до чёртова берега, так сразу и раздевать начнёшь. В том смысле, что поможешь мне его снять, а не то, что ты сейчас подумал. Кстати, Грешник: он что, всё время такой забавный и озабоченный?
– Угу. Двадцать пять часов в сутки хрень несёт, если хотя бы одна юбка в пределах прямой видимости маячит.
– Не верь ему! – воскликнул Порнозаец. – Из зависти наговаривает! И вообще, все, что в прошлом, осталось в прошлом. Родная, теперь я только твой! И мыслями и телом твой!
Грешник протянул приятелю конец верёвки:
– Обвязывай и себя и её. Да побыстрее. Только всю не наматывайте.
– А зачем это?
– Затем, что будете лететь за мной на привязи, метрах в пятнадцати. Когда навык закончится, я перережу верёвку со своей стороны и буду падать неподалёку от вас. Не спец по парашютам, но, думаю, будет безопаснее не находиться с вами рядом, когда он станет раскрываться. И да, сейчас покажу, как раскрывать надо.
– Да-да, покажи! – поддержал Порнозаец.
– И нормально объясни, что да как делать, – попросила Чикита.
Лекцию Грешник затягивать не стал. Слабо владел темой, да и ребята Резака поторапливали, занявшись дверью всерьёз. Она, конечно, как и всё в этой тюрьме, надёжная, однако сейчас их задерживала не крепость металла, а лишь расположение створок. Неудобно крушить преграду с узкой вертикальной лестницы.
Но надолго это их не остановит.
– Ну всё, – заявил Грешник, ещё раз подёргав за обвязку. – Встретимся на берегу.
Обернувшись, убедился, что доска для серфинга не сдвинулась, стоит крепко. Примерился, прицелился в её край, назначая плоскостью опоры.
Миг, и ноги оказались на розовой поверхности. Ещё миг, и доска под внезапно свалившейся тяжестью вывернулась из развороченного вентиляционного короба.
И Грешник полетел.
То есть, стартовал отсчёт первой секунды.