Но даже в таких условиях Грешник пусть и не полностью, но различил особенно зычный крик:

– …инесите мне его задни!..

Порнозаец спал с лица:

– Мне пипец! Бро, ты чё, ты реально открыл Резака?!

– Я всех открыл, – флегматично ответил Грешник.

– Бро, ты меня убиваешь! И себя тоже убиваешь!

– Идите за мной, – заявил он на это, ничуть не пугаясь перспективе предстать перед шайкой Резака.

Для начала им надо как-то собраться, что в воцарившемся после открытия камер столпотворении не так-то просто. Затем придётся разобраться с дверью, а это без оружия вряд ли возможно. Доступ к оружию им, скорее всего, светит лишь если выберутся за пределы корпуса, что тоже не мгновенный процесс.

А Грешнику много времени не требуется. Они уже в двух шагах от финишной прямой.

Ну или кривой, если описывать строгим языком математики последний отрезок предстоящего маршрута.

– За мной, – скомандовал он, распахивая следующую дверь.

Как удачно повезло с этой связкой ключей. Они здесь открывают абсолютно всё, включая важнейший ящик с главным рубильником.

Добравшись до короткой лестницы, ведущей на крышу, Грешник на пару секунд остановился, нахмурился, прислушиваясь к гулу двигателя. Похоже, вертолёт чуть повыше приподнялся и кружит над корпусом. Стоит только выбраться на крышу, и наверняка сразу стрелять начнёт.

Значит, придётся снова потратиться.

Порнозаец изумлённо вытаращился на винтовку, появившуюся из ниоткуда:

– Бро! Это просто охренеть! Чё за гаубица? Где взял? Ты тут что, с танками воевать собираешься?!

– Нет, это он размер члена пытается компенсировать, – фыркнула Чикита.

Похоже, обиделась на то, что Грешник упорно игнорирует львиную долю вопросов. Неужто не понимает, что требуется отрастить минимум пару языков и глоток, чтобы на всё их словоблудие успевать отвечать.

Причем, не отвлекаясь на прочее.

– Ждите меня здесь, – скомандовал он.