— Из-за того, что ты достиг истинного «Драконьего обожествления», твоя сила и присутствие соответствуют сверхдемону.

Из-за истинного «Драконьего обожествления», говоришь?.. Но я не ощущаю себя демоном особого класса и сверхдемоном.

Кстати, хотя это и не псевдо «Драконье обожествление», у меня не было плохих последствий, как раньше. Впрочем, после битвы моя физическая сила полностью израсходовалась, а мышцы болели так, словно я умру. Однако к смерти это не привело.

И, несмотря на такую перемену, я всё равно понимал, что мой маг... Ле Фэй, хороша.

— Какие бы условия ни были, я хочу быть с тобой, Ле Фэй.

Когда я прямо озвучил свои мысли, у неё на мгновение показалось недоумевающее лицо...

Она покраснела и растерялась:

— П-почему ты в-внезапно это говоришь?..

Рэйвел вздохнула:

— Господин Исэ, прошу не флиртовать во время пересмотра договора.

Так я сказал что-то слишком постыдное! Но я ведь просто сказал о своих мыслях! Это действительно могло быть похоже на флирт!

Я взволнованно сказал:

— К-к-кстати, что с Гогмагогом?

Когда я был в не лучшем состоянии, он защищал меня и на половину разрушился.

Ле Фэй приободрилась и ответила:

— У Гоги всё стабилизировалось, поэтому его привели в исследовательский институт Григори. Я слышала, его там чинят и модифицируют вместе со следующей главой Агарес.

Чего? Сигваира присматривает за Гогмагогом? Э-это явно не к добру. Она точно будет с радостью его переоборудовать!

Судя по дальнейшим пояснениям Ле Фэй, сейчас Григори (за исключением учителя Азазеля, который в изоляционном барьерном поле) используют похожие детали и восстанавливают внешний вид, приводя функционирование в некоторую пригодность.

Рэйвел произнесла:

— Кстати говоря, Рютэймару всё ещё вне строя, но мы получили согласие на создание двигателя вместе с господином древним богом Эросом. Господин Исэ, он говорил, что хочет даже познакомиться с вами.