Дружеская беседа продлилась недолго. Минут через десять, проплутав по грунтовой дороге, мы въехали в небольшую деревушку. Глеб сбавил скорость, когда Лузин попросил остановить машину у шестнадцатого дома. На лавочке в тени раскидистой рябины сидел человек в очках. Волосы взъерошены, лицо обрамляет седая бородка, на лбу блестит испарина. Трудно ошибиться — это и был тот самый профессор.

Мы вышли из машины, профессор заспешил к нам.

— Меня зовут Эдуард Янович Запольский, — представился он, протягивая руку. — А… вы?

— Я — Краснов Никита. А это мой друг и напарник Глеб Громов, он…

— Так это значит вы… — перебил меня профессор, небрежно пожав нам поочередно руки, — со мной разговаривали?

На Глеба он вообще больше не обращал внимания. Огромный рост и могучее телосложение не вызвали у него совершенно никакого интереса. Думаю, он решил, что это мой телохранитель.

— Да, это я. Может ближе к делу?

Профессор на миг замер, словно собираясь с мыслями, потом, спохватившись, начал тараторить.

— Да, да. Конечно. С чего же начать? Я теперь даже и не знаю. Надо скорее за зверем. Надо торопиться. Это очень важно и опасно…

— Подождите, Эдуард Янович, — остановил я его тираду. — Не надо так быстро. Я понимаю, что для вас это важно. Поверьте, мне тоже. Очень. Но я не знаю где он сейчас, не чувствую.

— Да? — профессор искренне удивился.

— Я вам все расскажу, но для начала хотел бы посмотреть вашу… лабораторию, — сказал я. — Там, где находился… объект, зверь этот ваш. Чтобы почувствовать его. И еще. Кто же он все-таки? Ну, то есть…

— Я понял, — перебил меня профессор. — Пойдемте к машине, будьте уверены, я вам все расскажу. Прежде всего, кто он. Этот зверь — дикий человек, мы так его называем. Ну, или еще снежный. В Америке его называют бигфут, то есть большая нога, в Гималаях йети, ну и так далее.

— Так, — сказал я. — Хотя бы с этим понятно. Нам предстоит общаться с огромным человекоподобным полудиким и совершенно неисследованным гуманоидом.

Глеб косит на меня взгляд. Ты, мол, чего это загнул, сам понял?

Профессор лишь криво улыбнулся.

— Ну, примерно так. Мы успели провести кое-какие анализы, выяснили, что принадлежит он к отряду приматов, но по составу ДНК все же ближе к человеку.

— Ясно, что пасмурно, — сказал я. — Это все?

— К сожалению, да, — вздохнул Запольский. — Что ж, тогда не будем терять время. Мы и так уже столько потеряли.

Он дает указание Антону дождаться здесь второй группы. Потом мы рассаживаемся в машину Глеба. Лузин садится спереди, чтобы дорогу показывать, мы с профессором сзади.