Глеб наклонился ко мне, прошептал:

— Теперь я, кажется, начинаю понимать, почему его называют монстром.

— Да уж, впечатляет, — сказал я. — Но давай посмотрим, что там профессор оставил нам на закуску.

Мы прошли по длинному коридору. Лузин остался у поста охраны. С нами шел его помощник Антон. Справа и слева от нас проплывали множество однообразных дверей без табличек.

— А которое из них питомник? — спросил я.

— А здесь его и нет, — ответил Запольский. — Питомник, как таковой, был наверху. Там раньше стояли крытые вольеры, после того, как этот эксперимент закончился, их все убрали. А здесь только лаборатории, склады, подсобные помещения.

Из длинного коридора мы вышли в небольшой холл, в который выходили еще две двери. Профессор подошел к той, что справа, открыл ее и пропустил нас вперед.

— Здесь помещение охраны, — сказал он. — Проходите туда, к пульту.

За широким столом сидел усталый охранник. Перед ним светились шесть мониторов, на каждом по четыре картинки с видеокамер.

При нашем появлении охранник встал. Запольский подошел к столу.

— Покажите нам, Александр, те несколько кадров, что успели записать.

— Каких кадров? — удивился охранник.

— Каких-каких! Где сбежавший зверь записан! — проворчал на него профессор. Лицо его потемнело, он поник и тяжело вздохнул.

Переживает, подумал я, нервничает. Но его можно понять — это была его работа. Любимая работа, интересная. А теперь ее не стало. И на душе у него сейчас так же пусто, как и во всех этих помещениях.

— Вот, смотрите, — сказал охранник через минуту, показывая на один из экранов.

Мы с Глебом наклонились поближе и с огромным интересом стали смотреть. Сначала ничего не происходило. На черно-белом экране изображен огромный стол. На нем неподвижно лежит нечто волосатое. От рук и ног тянутся провода и трубки, уходят влево вниз, за видимость экрана. Через минуту это нечто волосатое начинает шевелиться, трясет головой. Потом приподнимается и садится на столе. Медленно оглядывает помещение, что-то будто даже шепчет губами. Но звука нет.

— Ну и рожа, — тихо сказал Глеб. — Настоящее чудище.

Зверь.