– Там были его коллеги?– спросил я.

– Личный шофёр и его правая рука, генеральный директор нашей клиники. Сегодня состоялись похороны.

«Интересно,– подумал я,– шофёр и Стервятник тоже участвуют в этой комедии или Виктор Антонович не стал мелочиться, разыгрывая партию сольно?»

– Очень жаль, примите наши соболезнования,– Рина покачала головой,– но в таком случае мы с мужем возьмём паузу на обдумывание. Для моей подруги эта новость станет шоком, она собиралась к вам на очередную подтяжку.

– Конечно, потерю шефа невозможно возместить,– развёл руки Николай Петрович,– но, поверьте, наши хирурги имеют огромный опыт работы. Если не будете возражать, могу проконсультировать Вас прямо сейчас. Это бесплатно.

– А сколько будет стоить сама операция?

– Всё зависит от сложности, но обычно сумма не превышает трёхсот тысяч рублей.

– Хорошо,– я встал, помогая подняться Рине,– благодарим Вас за информацию и ещё раз приносим соболезнования в связи с гибелью Вашего руководителя. Всего доброго!

– Непременно приходите!– он поднял руку в знак прощания.

Охранник проводил нас до дверей.

Возле гаража я немного задержался, поправляя развязавшиеся шнурки, и обнаружил, что кирпичная кладка на нём тоже нарисована.

– Вот такие дела,– сказала Рина, когда мы опять оказались в студии,– ты видел, сколько там камер? Муха не проскочит. Обычно в таких клиниках охранниками работают бывшие полицейские, вышедшие на пенсию, а этот больше похож на спецназовца.

– Позвони своему шефу, мне непременно нужно встретиться с одним человеком.

Набрав номер, она передала мне трубку.

– Да,– услышал я голос Власика.

– Добрый день, Валерий Фёдорович.

– Привет, Гоша! Надеюсь, ты не успел сообщить ей, кто я такой на самом деле?

– Мы не общаемся на такие темы. Что с моей просьбой?

Я услышал, как он вздохнул.

– Послушай, ты интересуешься очень влиятельным человеком, и мне бы хотелось знать, для чего?