Бой продолжался ещё несколько минут. Ни на секунду никто из них не прерывал череду атак. Ровно до момента, пока не прозвучал злой — нет, полный ярости и гнева голос Вальмонда Робеды.

— Бездушная кукла!!! Как ты посмела нарушить запрет на ритуал “Трёх единств”?! — рычал он. У него до предплечья отсутствовала левая рука, а изо рта текла кровь.

Ему очень здорово досталось.

— Ещё бы я стала спрашивать разрешения у красной шавки, — адресовала ему Великая хранительница. Внешне на ней вообще не было ран, однако дышала она неровно. Значит всё-таки есть повреждения. — Или думаешь справиться со мной с такой хиленькой оболочкой? Ты ведь и в своей лучшей форме мог дать мне максимум ничью, — ухмыльнулась она, чем ещё больше разозлила Робеду.

— Ты прекрасно знаешь, что будет, если я призову всю силу. Не вынуждай, — скалясь, ответил он, как вдруг они оба внезапно исчезли, оставив меня одного.

Спрашивается — и какого хрена это сейчас было?!

То есть я лёг на стол, в чём мать родила. Потом мне сказали, что будет очень больно и что надо потерпеть. Затем приходит Император, который явился не запылился, даже часа не прошло наверное. Начал твердить что не позволит операцию, про ритуал заговорил, с Великой Хранительницей чего-то там видимо подрался. Чтобы что?

Чтобы я что — голышом лежал на столе и ждал своей участи? Вы сука издеваетесь, да?!

Несколько часов я пребывал в подобном положении. Пытался медитировать, но тут окружающая мана стала настолько нестабильной, что я просто рисковал бы сдохнуть. Вот без шансов.

Это как взять в руки оголённые провода. Током шибанёт так, что курица гриль в духовке обзавидуется заданной корке.

Почему правда так стало, непонятно. Видимо из-за пространственных атак, другого варианта нет.

Как бы то ни было, наконец-то пространство открылось и эти двое пришли за мной. Правда выглядели они так, будто очень “интересно” провели вместе время.

Оба явились в порванной одежде, тяжело дышали, но очень довольно улыбались.

— Я очень рад, что сила любви победила, — как можно ванильнее сказал я. Так, что чуть от самого себя воротить не начало. — Но быть может, стоило хотя бы меня отпустить и дать мне прикрыться? Не скажу, что мне претит сверкать своим достоинством в подобном положении.

Они оба как-то странно посмотрели сначала на меня, а потом на друг друга. Несколько секунд длилось немое молчание, пока на мне внезапно не прилип пальмовый лист, скрывая самое главное.

— А что, магазин одежды уже закрылся, да? — с сарказмом спросил я, вот вообще не радуясь новому гардеробу.