– Если он не врал, то его пассия на пьянке объясняла какому-то левому мужику разницу между благородной феляцией и банальным отсосом. На практике.

– И он об этом узнал? Веский повод для повышенной агрессии, согласна. Выходит, этот «байкер» не только на тебя вчера наехал, но и на «нашего» супера?

– Похоже на то. Надо бы и тебе как-то с этим свидетелем переговорить.

– Мне? – вскинула бровь Сирена.

– Так я с ним уже того… побеседовал. Уверен, что он мое лицо помнит – в том числе и наощупь.

– Извини, не сообразила. Если его не увезут, то попробуем перехватить.

К счастью, парнишку не стали задерживать, лишь взяли его данные и попросили подписать пару бумаг. Скорее всего, протокол с показаниями и подписку о невыезде.

– Молодой человек! – окликнула торопливо шагающего байкера Сирена.

– Чего надо?

– Журнал «Ревущие моторы» – байки, тюнинг, драг-рэйсинг и так далее. Не расскажете, что там случилось?

– Кореша моего убили – вот что случилось! И я это… того… – он наморщил лоб, явно пытаясь родить какую-то умную мысль, и, спустя секунд десять, выдал, – Без комментариев!

– Вы видели нападавших?

– Без комментариев.

– Их было много?

– Сказал же – ничего не буду вам рассказывать!

– Даже мне? – я вышел из тени, в которой прятался до сих пор.

– Я тебя помню, – выдал байкер и снова изобразил работу мысли.

– Не напрягайся, это вы со мной вчера в кафе дрались. Я – преподаватель по изобра…

– А, точняк! Ты же хахаль Лизки-давалки! Тебя еще Маринка по башке бутылкой пизданула!

Многозначительности «Гх-хм», изданного Сиреной, позавидовали бы древние трактаты буддийских мыслителей.