Секунду спустя в подвале погас свет. Они даже не успели ничего толком рассмотреть.

– Так гораздо лучше! – выдохнул Антон. – Черт! И мы-то хороши. Надо же так глупо попасться на его россказни!

– Где мы хоть оказались? – произнесла Татьяна.

Она нащупала телефон в кармане куртки и с облегчением выдохнула, убедившись, что он не разбился при падении. Но, включив его, девушка поняла, что связи нет. Индикатор ничего не показывал.

– Телефон не ловит, – констатировала Пожарская. – А у тебя?

Антон вытащил и включил свой телефон.

– У меня тоже. – Он снова громко чертыхнулся, посветил тусклым экраном вокруг себя.

Они сидели на каменном полу в просторном помещении размером примерно шесть на восемь метров. Высокий потолок поддерживали толстые каменные колонны. Вдоль стен штабелями были сложены многочисленные деревянные ящики, сколоченные из грубых досок, рядком стояло несколько старинных керосиновых фонарей.

– А это здесь зачем? – указал на фонари Антон.

– Сразу видно человека, который никогда в деревне не жил.

– Почему?

– Здесь периодически электричество отключается, зачастую без всякого предупреждения. Поэтому во всех домах есть свечи или фонари. Чтобы в полной темноте не остаться.

– Все время забываю, что ты раньше жила в Ягужино.

– Совсем недолго, но успела вкусить радости деревенской жизни. У меня тут даже собственная могила есть на местном кладбище.

– Помню, – мрачно кивнул Антон. – Ты мне рассказывала. Но что нам теперь делать? Связи нет… Заряда телефона надолго не хватит. У тебя спички есть?

– Откуда?

– Ну, мало ли. Ты же у нас деревенский житель.

– По-твоему, я должна всегда иметь при себе спички, нож и бутылку самогонки?

– И еще уметь водить трактор, – хохотнул Антон. Он пошарил в своих карманах и издал радостный возглас, нащупав зажигалку.

– А у тебя-то откуда, ты же не куришь? – удивилась Татьяна.