Но нет – мостовых троллей в этой локации не водилось. Зато водились их огромные скелеты. Один из которых, сейчас и выбрался из под моста на свет божий, размахивая зажатой в правой руке, очень длинной и очень тяжелой, берцовой костью.

Какого-то, скорей всего, давно вымершего животного. Выпрямившись во весь свой, четырех метровый рост, этот злобный костяк 35-го уровня, полностью перекрыл нам, со светлой паладиншей, подход к своему мосту. Угрожающе легко крутя в своих костлявых ручищах, такого, экстравагантного вида дубину.

Мы с Габриэлой остановились, не доезжая до этого – гигантского скелета всего лишь, каких-то полсотни шагов. И я задумался, что же нам теперь делать? А вот моя паладинша, наоборот, как я только что понял, предпочитала долгим раздумьям – быстрые действия.

Она решительно, спрыгнула со своей лошади, хлопком ладони по крупу, отогнала её в сторону и достала из своего инвентаря, самую настоящую кувалду, из посеребренного металла, на длинной, почти полутораметровой ручке. И тут же решительно направилась вперед.

– Да уж. Есть женщины в русских селениях – пробурчал я себе под нос.

Призывая в помощь паладинше Крабуса – как самого сильного из своих существ.

– Я сама – прокричала мне воинствующая девушка, перебрасывая свою кувалду из руки в руку.

– Габи, ты уверена?

– Я сама – повторила светлая паладинша и перешла с шага на бег, ускоряясь для первого удара.

– Ну, сама, так сама.

– Крабус, сторожить – отдал я приказ, своему большому существу.

А сам, по удобней устроившись на широкой спине, своего медвежьего фамильяра, стал смотреть на разыгравшуюся передо мной схватку – паладинистого Давида против костяного Голиафа.

А посмотреть, конечно же было на что. Два супротивника одновременно сорвавшись со своих мест, ринулись друг на друга и нанесли по удару. Тресь-бац! – с громким хлопком столкнулись, посеребренная кувалда и большая, костяная дубина.

Тут же в разные стороны, просто горстями, полетели искры и костяные опилки. Паладинша пользуясь тем, что она меньше и быстрей, тут же проскочила в ноги огромному костяку и с упоением гвоздила его по правому колену, своей серебряной кувалдой, пытаясь его сломать.

Тролличий же, гигантский скелет, топтался на одном месте и пытался совершить сразу два действия. Наступить на такого, больно кусающегося человечка-комара, или прихлопнуть его, своей огромной дубиной. Но пока – ни то, ни другое у него не получалось. Со стороны казалось, что огромный скелет просто приплясывает на одном месте, попеременно и сильно, бухая своими тяжелыми костяными ножищами, в землю.