- Ллос знает, как и ты, что среди разумных раз знакомство не рождает презрения. Нет, оно стирает предрассудки. Величайшей ересью Дзирта До'Урдена был не уход из Мензоберранзана, а то, что он добился принятия в Серебристой Луне и Глубоководье. Это угроза Ллос. Как она сможет держать своих слуг в Подземье довольными, если им доступен мир, не сводящийся к мраку, ненависти и кровопролитию?

- Она не убила Дзирта, - напомнил Джарлакс. - Это легко исправить.

- Совсем не легко. Потому что она знает, к чему это приведёт. Мучеником Дзирт будет представлять собой ещё более мощный символ. Она не убила Дзирта потому, что боится последствий.

- И поэтому она вернула Закнафейна?

Ивоннель снова пожала плечами с выражением беспомощного недоумения на лице, и Джарлакс мог лишь кивнуть и попытаться разобраться сам. Если Ллос действительно вернула Закнафейна Дзирту, значит ли это, что таким способом богиня признала неизбежное? Пытаясь удержаться за своих последователей — поскольку что есть бог без последователей? — нанесла упреждающий удар доброты и раскаяния?

- Не может быть! - воскликнул Джарлакс, разум которого не в силах был совершить подобный скачок.

- Но очень похоже на то, - сказала Ивоннель. - Особенно с моей точки зрения, и я считаю, что способна оценить эту конкретную ситуацию лучше, чем ты.

Это заставило Джарлакса замолчать, поскольку он гордился своей способностью оценивать и понимать ритмы окружающего мира.

В ответ на его ошеломлённый взгляд Ивоннель просто снова пожала плечами.

- Я стала иначе смотреть на само время, - с самоироничным смешком объяснила она. - Мои воспоминания на многие тысячелетия старше моего тела... и моего сознания! Ты не в силах представить, что это значит, дядя.

- Я не так уж молод и многое знаю о прошлом, - ответил наёмник. - Не забывай, я знал женщину, которой принадлежат эти воспоминания — и некоторые из них были для нас общими.

- Это не то же самое. Даже не близко. Это не просто истории, услышанные мной в песнях барда, даже если каждое слово казалось истиной. И не просто воспоминания о далёком прошлом. Это опыт далёкого прошлого, который стал для меня новыми воспоминаниями, как будто всего несколько лет отделяют меня от событий тысячелетней давности.

- Я могу оглянуться на самые ранние войны верховной матери Бэнр и почувствовать раны и запах крови, - продолжала она, и неожиданно Ивоннель начала говорить не только с Джарлаксом, но и с сама с собой, как будто её наконец озарило. - Это не просто воспоминания! Я могу оглянуться на то, как Бэнр занималась любовью, и пережить в своём разуме эти мгновения так отчётливо, как будто я сама седлаю партнёра, а не моя тёзка. Отчётливо! Я знаю, я испытываю каждое чувство, даже огромное облегчение, которое Бэнр находила в подобных встречах. И я не просто сторонняя наблюдательница, понимаешь?