- Бьянкорсо и Тиватрис! – объявила мона Валрисса Жамбоуль.

Две названных армии вышли и построились в центре, чтобы посовещаться с моной, а армии Б’шетта и Мона Чесс вернулись в свои тоннели.

- Аззудонна, - заметил Энтрери, указывая на женщину.

- И Весси рядом с ней, - сказал Джарлакс.

Пока команды переговаривались, в поле зрения появился новый персонал – кто-то нёс одноколёсные приспособления, другие – вёдра и швабры. Очень скоро на ринг были нанесены полосы, разделяющие его на части, и край окна справа от Кэтти-бри был окрашен синим, а край окна слева – вихрем красно-жёлтого. Примерно на трети расстояния до центра от каждого окна были нанесены полосы того же цвета, что и окно, и рядом с центром ринга – две параллельных чёрных полосы на расстоянии примерно десяти ярдов.

Армии собрались, оставив мону в центре, по двенадцать бойцов на каждой из чёрных полос, ближайших к вражескому окну, ещё по восемь – на цветных линиях, оставшиеся пятеро – позади. Товарищи заметили, что на красно-жёлтой полосе Аззудонна выкрикивает приказы своим товарищам, среди которых был орк, потом нашли Весси, двигающегося позади неё около окна с четырьмя остальными.

- Центральным защитникам закрыта средняя треть ринга, между полосами командных цветов, - объяснил Эмилиан. – Те, кто во втором ряду, воины, могут двигаться до самой цели, но не могут пересекать черту собственного цвета.

- Как Аззудонна, - сказала Кэтти-бри.

- Да, ей нельзя пересекать линию атаки Бьянкорсо, - он указал на синюю полосу, проведённую справа.

- А те, что позади, проныры вроде Весси, могут ходить, куда вздумается, - добавила Илина.

- Кругом! – приказала мона, и все пятьдесят солдат повернулись к ней спиной. Она кивнула мужчине, сидящему на стене напротив трибун Скеллобеля. Он потянулся за стену и достал сферу размером с голову, шар, который выглядел кожаным. Он спрыгнул вниз и бросился вперёд, затем подкатил мяч к моне, которая ловко подхватила его на руки.

Затем мона Валрисса Жамбоуль опустилась на деревянный подиум и подняла из середины то, что казалось деревянным диском, открывая дыру, на которую поместила мяч.

Она встала и поклонилась трибунам каждого округа, затем снова повернулась к мячу, опустилась на колени, прошептала что-то никому не слышное, и поцеловала мяч.

Она покинула ринг, забравшись на стену рядом с мужчиной, который бросил ей сферу.

- Аааааа! – начала кричать толпа, возвышая голоса и топая ногами, когда мона Валрисса Жамбоуль медленно подняла руку к небу. Она опустила её, толпа оборвала свой крик, и раздался громкий удар, а затем свист воздуха снизу, гейзер давления, подбросивший мяч высоко в воздух.