С правой стороны от него был большой иллюминатор из позолоченной бронзы, и Этос пристально смотрел через него. Берег виднелся туманной дымкой на самом краю горизонта, и повсюду искрились сине-зелёные воды моря.

Действительно ли он рассматривал Сияющее море? Нет, в настоящее время, они, вероятно, находились в Море Мечей.

Он улыбнулся про себя. Он первый раз находился на борту корабля, однако не чувствовал ни тошноты, ни головокружения, о которых, он слышал, рассказывали мужчины. По правде говоря, свежий солёный воздух странно бодрил.

Этос поднялся с мягкой капитанской койки, встал на ноги и тщательно выполнил несколько упражнений, растягивая мышцы.

Затем он повернулся к небольшому комоду и порылся в одежде капитана, найдя несколько вещей, которые поразили его воображение и были ему в самый раз.

Он быстро оделся, затем поднялся на палубу, оставив настоящего капитана извивающимся в путах.

Моряки судна были поглощены работой.

К нему с озабоченным выражением лица приблизился первый помощник капитана. «Он видит, что что-то не совсем так», – подумал Этос.

– Бурная ночь, капитан?

Этос болезненно припал на левую ногу, так же как это делал настоящий капитан, и покачал головой.

– Ничего день в море вылечит, – прохрипел он. Произношение и манера выражения мыслей были безупречны.

Помощник выдавил из себя редкозубую улыбку и отошёл.

– Лечь в дрейф, собаки! Получите, если не приведете в порядок бизань, капитан в прекрасном расположении духа для порки!

Этос кивнул и поплёлся в поисках камбуза. Яркий золотой амулет, висящий на его шее, блестел в солнечном свете. 

* * * * * 

Где Ла Валь?

Этот вопрос мучил Гримвальда в течение многих дней. Человек просто пропал без вести.

Конечно, он спрашивал Тенедайна, но ответа не получил.

– Я что, должен следить за его приходами и уходами? – раздражённо спросил старый маг. – Он взрослый мужчина, а не мальчик, чтобы за ним наблюдать всё время. Весьма вероятно, что он делает то, что делают молодые мужчины его возраста.

Предположение было нелепым – Ла Валь был из тех, кто никогда не оставлял библиотеку, чтобы погрузиться в кружку и окружиться женщинами ночи.