Теперь молчание было неправильным. Гробовым. Все молчали и на императора смотрели. Дуэли давно и не им запрещены. Правда, сильно не карают, но всё же.
— Ваше императорское величество, — это решил взять инициативу на себя Державин. — Как министр юстиции я считаю, что эту дуэль нужно разрешить.
— Быть по сему, — облегчённо выдавил Александр. Всё он теперь не причём. Нда, слабоват вседержитель. Нет стержня внутри.
— Граф? — Пётр Христианович шагнул к Воронцову.
— Вы подлец, сударь, и я вызываю вас на дуэль. — Эх, начал хорошо, но сфальцетил потом, не удержался министр.
— Хорошо. Раз вызывающая сторона — вы, то я выбираю сабли и дуэль до смерти. — Обрадовал Воронцова Брехт.
— Завтра по утру …
— На дворцовой площади. — Закончил за министра, стоящий рядом с Александром, Аракчеев.
Ух ты. Зрелище будет, весь двор выйдет смотреть, как генерал-лейтенант убивает министра.
— Ваше императорское величество, я не уверен, что это правильное решение, — подал голос Державин.
— Да, это уж слишком. Тут девочки, Николя, маман. Давайте всё же не будем превращать это в … — Александр пожевал губами, подбирая слова.
— У меня тут куплен Литовский замок. Там внутри есть специально оборудованная для занятий с холодным оружием площадка, — пришёл ему на помощь Пётр Христианович.
— Это гораздо лучше. Господа, завтра в восемь утра всем здесь присутствующим надлежит быть в Литовском замке.
Событие второе
Событие второе
Брехта Александр задержал, подошёл Константин и втроём с канцлером российских орденов князем Куракиным Александром Борисовичем они прошли на второй этаж Зимнего в кабинет Александра.
— Пётр Христианович, не томите, расскажите о битве при Леонкарани. Мне курьер от Цицианова писал, что огромное войско персидское вами разбито, — Александр своей детской улыбкой на кучерявой физиономии любого в ответ заставит улыбнуться.