— Да, я его знаю. Да, мы были в одном отряде. И еще кое-что, пока ты не завершил начатое. Леса и горы вокруг — мое командорство, я знаю все секретные базы Ордена в этом регионе, все тайные места, все норы, куда только можно было бы спрятаться. Они же здесь чужие. Найти их мне не составит труда, нужен лишь хороший следопыт, который укажет верное направление, — пленник многозначительно взглянул на Сагота. — Остальное — дело времени. Которого у тебя мало — ведь ты не можешь преследовать их вечно. Им достаточно лишь добраться до края Пелены — и твоя цель ускользнет от тебя.

— С чего мне верить тебе? — ощерил клыки декурион. — В шаге от смерти ты вольешь в мои уши все, что я хочу услышать, любую ложь! Предавший однажды предаст снова!

— Я не боюсь смерти, демон. Думаю, ты уже это осознал. Что касается Ордена и служения ему — я уже по горло сыт его лицемерием. Орден ничем не лучше Культа, а грязных, темных тайн в его архивах — пожалуй, что и побольше. Поэтому не расценивай это как предательство. Я сам по себе, и уже довольно давно. С Орденом мне было просто по пути. Окончательно наши дороги разошлись в тот момент, когда меня бросили мои же бойцы. Можешь убить их всех, я даже бровью не поведу.

Сагот кинул вопросительный взгляд на легата. Тот, задумавшись на несколько ударов сердца, кивнул, хоть и с явным неудовольствием. Декурион уловил в этом кивке участь предателя после того, как тот выполнит свою задачу.

— Безумные времена требуют безумных мер, — ухмыльнулся Сагот, вкладывая меч в ножны и протягивая пленнику когтистую ладонь. — Кто бы мог подумать, что я буду воевать бок о бок с орденским полукровкой! Как твое имя, воин?

— Кто бы мог подумать, что лучший стрелок Ордена будет воевать бок о бок с кровожадным чудовищем, — ухмыльнулся в ответ уже бывший храмовник, принимая ладонь и поднимаясь на ноги. Резко дернув левым плечом, он с хрустом вправил сустав, даже не поморщившись. — Мое имя — Ларан. И верни мне уже мою винтовку, чтоб тебя!

Абаддон, Игнис, Тронный чертог дворца Молоха, Герцога Злобы, Высшего II ранга, спустя сутки после начала Вторжения

— А теперь еще раз. С самого начала, не упуская ни малейшей мелочи! — тяжелый, властный рокот наполнил собой просторный зал, отделанный черным гранитом и мрамором. По уходящим ввысь колоннам вился искусно выполненный золотом орнамент, в котором причудливо сплетались сложные узоры и древние, как сама Тьма, глифы. Жаровни отбрасывали блики на стены, одновременно порождая зловещие, увенчанные рогами тени. В центре зала возвышался величественный обсидиановый трон, украшенный висевшими цепями из разных металлов. Тускло мерцало золото, серебристо поблескивали осмий и иридий, покачивалась, еле светясь во мраке, цепь из сплава урана, полония, особой разновидности кобальта и еще нескольких ценных тяжелых металлов — несущая незримую смерть всем, кроме Высших.